Великий албанский (Азербайданский) мыслитель Xll в. Мхитар Гош и его «Книга судебных правил» (Тörə Bitiqi), дошедшая до наших дней на албанском языке

Бахтияр Тунджай

Сведения о жизни и творчестве великого албанского (азербайджанского) мыслителя Xll в. Мхитара Гоша, которого армянские фальсификаторы преподносят как армянского ученого, содержатся в «Краткой истории страны албан» Киракоса Гянджинского, который являлся его сородичем и земляком. В Xll главе (О вардапете Мхитаре; о том, откуда он и каким был) Киракос пишет:

 «Этот прославленный, мудрый и ученый [муж] был уроженцем города Гянджа, сыном родителей-христиан, которые отдали его учиться священным книгам. А когда он достиг совершеннолетия, рукоположили его священником, давшим обет безбрачия. И, неся службу священническую в течение долгих лет, он хотел знать в совершенстве смысл священных книг и мудрых поучений, содержащихся в них. Встретился ему вардапет Иованнес1, именуемый Тавузским, известный в то время своей ученостью. Прожив в миру несколько лет, он, лишившись, супруги, вступил в монашеский чин, изучил Священное писание и получил сан вардапета. Много лет пробыл при нем Мхитар, занимаясь изучением книг. 

Вардапет Иованнес любил странствовать: переходя с места на место, он проповедовал слово божье и прививал людям благочестие. Он многое сделал для восстановления обрядов и обычаев христианских, ибо в те времена в период четыредесятницы [люди] кое-где в субботние и воскресные дни нарушали пост. [Иованнес Тавушеци] повелел в эти дни, как и во все остальные дни недели, соблюдать пост, но только чтобы по субботам чтили память мучеников божьих, а по воскресеньям — таинство воскресения Христа и служили обедню. И таким образом везде утвердился обычай: соблюдать пост во время пятидесятницы, который раньше кто соблюдал, а кто — нет.

Прожив у него и у некоторых других, Мхитар получил сан вардапета. Но этим он не довольствовался, а отправился на запад, в область, называемую Гарадаг, к вардапетам, которые там обучали. И, не сказав о том, что он тоже удостоен того же сана, многому научился у них, [затем] поехал в город Карин. Там нашел он благочестивого иихана по имени Курд, христианина по вере, убежавшего от грузинского царя и находившегося в то время там. Познакомился с ним, и тот полюбил его, как отца. После этого [Мхитар] вернулся на родину. Молва о мудрости его распространилась по всем странам; многие стали обучаться у него проповедничеству. Затем вследствие притеснений мусульман и по совету агванского католикоса Степаноса приехал он в область Хаченскую к владетелю Атерка Вахтангу и братьям его, кои оказали ему большие почести. Там он оставался несколько лет.

Потом князю Курду удалось вернуться в свою вотчину, в области Кайенскую и Махканабердскую. Царица грузинская по имени Тамар оказала ему большую честь; вернула ему родные места и многое другое. Он и есть отец Садуна и Давида, дед Шербарока, отца Садуна. А вардапет Мхитар, как только услыхал, что князь вернулся в свою вотчину, [помня] прежнюю любовь и согласие между ними, приехал к нему. И поселился в монастыре, называемом Гетик, в Кайенском гаваре, на большой реке, называемой Ахстев, на правом ее берегу.

Настоятелем монастыря был его ученик — вардапет, которого именовали Саркавагом; он с большой радостью принял [Мхитара] и сам прислуживал ему. [Мхитар] надолго обосновался там.

Затем было сильное землетрясение, от которого развалились и разрушились высоченные строения во многих местах, в том числе очень сильно пострадала и церковь Гетика, так что не было возможности восстановить ее. Тогда обитатели ее в смятении хотели было разойтись кто куда и не только из-за того, что церковь разрушилась, но и из-за притеснений окружающих (ибо кто-то из князей, по имени Саргис, перенес сюда с прежнего места свое селение и возвел близ того монастыря новое селение, и с тех пор происходили между ними крупные ссоры, и они постоянно обвиняли друг друга). Но святой вардапет помешал им претворить в жизнь это намерение: не допустил, чтобы они рассеялись, а [предложил] жить вместе и искать место для поселения. Тогда, договорившись, отправились они к великому князю Иванэ, брату грузинского военачальника Закарэ (оба они были сыновьями сестры благочестивого князя Курда, владевшего к этому времени крепостью и гаваром Кайена), и передали ему свою просьбу: чтобы тот предоставил им место, куда они могли бы перенести свой монастырь. [Иванэ] велел им посмотреть удобное для себя место. И они, поискав, нашли великолепное место, напоминающее ложбину, у подножия двух гор… а с вершины ее стекал [ручей], и место это называлось ущельем Танджука. Было там селение, посреди которого тянулся овраг; справа протекала другая, более многоводная река. Местность [изобиловала] лесом и водой. Решили, что было бы удобно обосноваться здесь».

Далее, в Xlll главе (О возведении монастыря Нор Гетик), врдапет Киракос (Киракос Гянджинский) продолжает:

«Тогда по повелению великого князя Иванз дивный вардапет вместе с членами братии принялся за строительство монастыря и церкви в вышеуказанном ущелье Танджука. Отстроили красивую деревянную церковь и, освятив, нарекли ее именем святого Григора Лусаворича. Присутствовал на торжественном освящении церкви и святой вардапет Хачатур Таронский, настоятель святой обители, называемой Ахарцин3,— муж святой и благочестивый, прославившийся своей ученостью, особенно музыкальным искусством. При нем святая обитель, где он был настоятелем, стала процветать, меж тем до его прихода она была необитаемой и запущенной. Грузинский царь Георгий, отец Тамар, очень уважал его. Он собственноручной грамотой своей, пожаловал церкви две деревни — Абасадзор и Танджук — и сад в Миджнашене. И велел, чтобы под страхом проклятия всех святых, никто не осмелился || отнять их у церкви. [Вардапет Хачатур] привез в Восточные страны хазы и воплотил в форму бестелесные напевы, созданные мудрецами, но до тех пор еще не распространенные по стране. Приехав [сюда], он записал [напевы] и обучил многих; [потом] долго отдыхал от тяжких трудов. И там же почил во Христе, похоронили его к западу от церкви.

В Нор Гетике, повыше монастыря, построили также маленькую церковь во имя святого Иоанна Предтечи, [самого] великого из рожденных женщиной и рукополагателя Христа. А затем начали закладывать основание величественной церкви из тесаного камня; начав в 640 (1191) году армянского летосчисления, спустя четыре года после взятия Иерусалима Саладином, они завершили ее, мастерски сооруженную, с небоподобными сводами, восхищавшую всех, кто на нее смотрел, через пять лет во время запутанной  пасхи греков.

Из-за этой пасхи у всех народов было много ссор и споров с армянами, а больше всех у грузин, ибо они высокомерно называли ложь истиной; все было извращено и осквернено проклятым Ирионом, находившимся при дворе богохульника Юстиниана, из-за того, что его не пригласили на имевший место в Александрии собор для исправления пасхи и других праздников.

После завершения двухсотлетки Андреаса в течение девяти лет все праздники оставались нарушенными, ибо после ее завершения не смог||ли правильно вести исчисление. Тогда какой-то философ, по имени Эас, предложил позвать к нему ученых всех народов: еврея Фенехеса, от сирийцев — Гигана, из Гамирка — Аддея, от греков — Елгоса и многих других. И начали они исчислять годы из глубины [веков] до наших дней и, точно установив, составили пятисотлетнюю таблицу как верный и вечный образец. [Таблицу эту] взяли к императору Юстиниану, тот предписал Ириону [изучить ее]. Но [Ирион], завидуя величию искусства [Эаса], а также из-за того, что не был приглашен, хотел как-нибудь испортить дело и заманил пятнадцатое апреля шестнадцатым, а шестое —пятым, ложно отговариваясь, мол, все остальное верно, кроме вот этого. Это шестнадцатое [число] — вовсе не ошибка, а [цифра] пять все время в течение девяноста пяти лет вводит их в заблуждение, и они отмечают пасху вместе с евреями по окончании [ее], поскольку суббота приходилась у них на пятое, а шестого у нас воскресенье, как совпало и здесь5. И из-за такого спора между армянами и грузинами царица Тамар и спарапет Закария одного из великих князей грузинских, а также [кого-то] из армян послали [перед пасхой] в Иерусалим узнать правду. И доказательством этого должно было быть зажжение светильника на святой могиле Христа, который, как говорят, каждую пасху мольбами святого Григора, просветителя армян, зажигается по велению бога не от руки человеческой и без участия зримого огня; так это бывает и до сих пор. |Но город находился в руках мусульман. Они спросили христиан: «Когда будет ваша пасха?» [Представители] греков и других народов ответили: «В это воскресенье». Что же касается армян, они сказали: «Не в это воскресенье, а в следующее». А мусульманин, владетель города, человек мудрый, приказал погасить огни повсюду в храме и, закрыв двери, запечатал их своим перстнем и никому не велел входить внутрь, чтобы увидеть, какой же из народов окажется правым.

Когда минул тот день и наступил вечер, ждали, когда же зажжется светильник, но он не зажегся; тогда властитель приказал с позором и жестокими побоями, как лжецов и невежд, выгнать всех, кроме армян. По прошествии недели и с наступлением следующего воскресенья, которое армяне назвали пасхой, пока еще шла служба и молитва десятого часа, все почувствовали, как вдруг зажегся светильник не от руки [человеческой]. И была у армян радость великая. Взяв палки, они стали выгонять представителей иных племен, и все восхваляли мудрость и веру армян, и больше всех [старались] мусульмане — они оскорбляли и издевались над греками во всех городах, находившихся под властью мусульман.

Это видели и люди, посланные царицей грузинской и военачальником, и, приехав, рассказали все, что увидели. И возрадовались великий военачальник Закарэ и все армяне, состоявшие в войске. Они еще более укрепились в праведной вере армянской.

В этом году было завершено [строительство] православной и радующей взор церкви Гетик, которую возвел вардапет Мхитар со своими монахами при содействии владетеля Атерка Вахтанга Хаченского, его братьев — Григора и Григориса, Хойдана и Васака, а также и сестры их по имени Арзухатун, жены Вахтанга Атеркеци. Она очень помогла [церкви]: сделала вместе с дочерьми своими из очень мягкой, покрашенной в различные цвета козьей шерсти прекрасный, всем на диво, занавес — покров для святого алтарного возвышения, украшенный в точности отражающими страсти спасителя и иных святых накладными узорами и вышитыми изображениями, которые всех приводили в восхищение. И видевшие [занавес] благословляли бога, даровавшего [этим] женщинам искусство ткачих и сказано у Иова, не было никакой разницы между устройством [этого] алтарного возвышения и [скинии], сделанной Веселиилом и || Аголиавом, и да не будет дерзостью, если я скажу, что один и тот же дух двигал и теми и этими. И не только для этой церкви приготовила она покров, но и для других церквей — Ахпатской, Макара-ванкской и Дадиванкской, ибо благочестивая женщина эта очень любила церкви.

Освящение церкви было пышно отпраздновано. Был там и епископ ахпатский Иованнес, добродетельный и святой человек, и множество других священников и духовных лиц. Освятив, нарекли церковь во имя святой Богородицы.

Была построена и красиво украшенная паперть церковная из тесаного камня. Очень содействовали строительству великий полководец Закарэ и брат его Иванэ, ибо власть в гаваре была в их руках и они очень любили святого вардапета — ведь Закарэ исповедовался у него, был его духовным сыном. И пожаловали они в дар церкви участок с каналом от горы до горы, один рудник в Абасадзоре, Дзорадзор в области Бджни и Ашаву, [расположенную] выше монастыря.Они сами основали селение близ маленького, но неописуемо глубокого озера, назвали селение то по названию озера — Тзеркацов (так как в нем было множество пресмыкающихся, любящих топи и ил), а также и другое || еще более маленькое селение пониже монастыря и назвали его Уреландж**. Построили также и часовни во имя святых апостолов и святой Рипсимэ.

Сам же [Мхитар] устроил свой дом, в котором должен был жить, вдали от монастыря, так как любил пустынные и безлюдные места. И там же построил очень маленькую деревянную церковь во имя святого духа. В дни своей старости повыше монастыря, справа, он построил из скрепленного известью, обработанного камня еще одну церковь — гробницу для себя во имя вознесения Христа».

В XVl главе (О кончине великого вардапета Мхитара, прозванного Гошем) вардапет Киракос рассказывает о последних днях великого ученого:

«Сей блаженный, о котором мы выше рассказали, совершенствуя себя и блюдя веру, достиг глубокой старости. И когда он увидел, что силы телесные покидают его и он готов уже отойти к праотцам своим, позвал обитателей монастыря Нор Гетик, которые вместе с ним мучились и трудились для монастыря и церкви, и благословил именем бога их и учеников своих. И, выбрав одного из них, по имени Мартирос, который обучался у него и был близок ему, поставил его духовным предводителем над ними. Ребенку по возрасту, но совершенному по знаниям, сладкозвучно поющему песнопения богослужебные, много читающему, быстро пишущему — ему велел он властвовать над ними. Написал завещание великому азарапету Иванэ, брату Закарэ, и поручил ему монастырь и настоятеля. И сам, || престарелый и отягощенный годами, преставился из мира сего ко Христу. Попечитель монастыря Мартирос вместе с братией прекрасно справились со всеми духовными и житейскими делами, необходимыми при похоронах, [потом] понесли и упокоили его перед дверью маленькой церкви, что находится к западу, выше монастыря.

И по сей день могила его помогает болящим, кои с верою полагаются на молитвы егоo, и землю с того места без конца уносят для нужд бальных людей и скота, ибо бог прославляет прославляющих его и гори жизни, я после смерти.

Случилось как-то служителям его ехать с лошадьми, груженными вином для нужд монастыря. Какой-то грузин, по имени Басила, подошел и хотел насильно отнять у них часть того вина, ибо служил он у Иванэ — был смотрителем над лесами и охранял подворье, где тот останавливался. Служители [монастырские] говорят ему: «Не притесняй нас, ведь мы люди Гоша», поскольку таково было его прозвище (потому что волосы его были очень редкими). А гнусный человек тот, обругав, оскорбил их и Гоша. Когда же он дошел до того места, где упомянул с издевкой имя его (Гоша), тут же тотчас онемел: язык у него отнялся, а губы скривились; и так прожил он дол||гие дни, пока со стонами не вымолил прощения. И все, кто видел этого человека, восхваляли слугу божьего.

И оставил он в память о себе как памятник надгробный мудрые книги для тех, кто любит науки: прекрасно составленные «Толкования пророчеств Иеремии», несколько правил относительно преподнесения тела и крови господней — о том, как удобнее или в каком порядке следует [это делать], книгу «Плач о естестве нашем», [написанную] от имени Адама к сыновьям его и от имени Евы к дочерям ее; по просьбе великого военачальника Закарэ и его брата [написал] он книгу «Возвещение православной веры против всех раскольников» и другие поучительные сочинения. Кончина его имела место в 662 (1213) году».

Мхитар Гош, которого, армянские фальсификаторы истории преподносят как армянского  мыслителя, был патриотом своей страны – Албания // Арран, и в своей «Албанской хронике» (Католикосы и события Албанской страны в XII веке) писал:

«И в первосвященство в стране нашей Албанской владыки Стефана, в сей стране Арранской, в области, которая именуется по матери городов Гянджа…» (Орбели 1968: Т.1,213).

Говоря о дате начала своего труда ученый писал:

«В годы издавна наступившего безвластия в царстве нашем, в то время, когда оставались еще лишь немногие князья в странах Хачена, во дни принявшего иночество (князя), прозванного Хасаном, и его сына Вахтанга, который (пребывает) в крепости, именуемой Хайтерк, и является главой прочих князей, и в странах Киликии—великого князя Рубена; в год, когда умер победоносный царь Грузии Георгий, в патриаршество на Арменией владыки Григория и в первосвященство в стране нашей Албанской владыки Стефана» (Орбели 1968: Т.1,213).

И так, албанское происхождение Мхитара Гоша к сомнению не подлежит. И то, что он родился в Азербайджане, в г. Гянджа тоже не оспорим. Не вызывает спора и то, что он был величайшим христанским богословом своего времени. Об этом тоже сообщает Киракос в своей «Истории» (гл. lV):

 «Он (Закаре)  еще раз приказал созвать собор в городе Ани, что в округе Ширак; и собрались перечисленные выше епископы и вардапеты и еще многие другие. Закарий написал вардапету Мхитару, чтобы и он приехал на собор. А он отговорился болезнью и немощностью и написал такой ответ, дескать: «Со всем, что они сделают и пожелают, я согласен, умоляю тебя не утруждай меня больше ничем, ибо я слаб».

Закарэ же созвал собор и просил их обязаться сделать то, о чем он просил. А они сказали: «Нельзя нам сделать это без великого вардапета». Так они из уважения называли его (Мхитара Гоша). А он, показав письмо, сказал: «Вот он, ибо это письмо [заменяет] его, а он — это [письмо]». Но он не отдал им письма и того, что он написал ему. Собор попросил его потерпеть, покуда они пошлют к нему [человека с просьбой] приехать на собор. Послали к вардапету Мхитару и умоляли его приехать на собор, дабы они՛ дали единодушный ответ военачальнику, и написали, дескать: «Немощностью плоти своей ты не отговаривайся, если смерть настигнет тебя в пути, мы причислим тебя к первым святым учителям церкви». И когда он прочел это письмо собравшихся, тотчас же встал и пустился в путь вслед за зватаями. И было это в зимнее время, приближался праздник рождества и явления Иисуса Христа. Когда военачальник узнал, что он прибудет, послал за ворота города некоего ишхана, чтобы, когда он прибудет, не позволить ему направиться на собор, а провести его [пря мо] к нему. Еще до его прибытия || половина [собравшихся] (те, что были епископами его страны, дабы их не свергли с [епископских] кафедр) согласилась сделать то, о чем он просил, а другая половина не согласилась.

Когда вардапет прибыл, ишхан, взяв под уздцы, направил его коня к военачальнику. [Присутствующие] на соборе, узнав, что его не пустили к ним, послали к нему вардапета Нерсеса, человека добродетельного и здравомыслящего, который позже, после смерти вардапета Григора, прозванного Моноником, стал настоятелем Кечарука, пригласить его сперва прийти на собор и совместно подумать о том, как быть, ибо они арестованы и военачальник [Закарэ] собирается изгнать их на чужбину. И он (Нерсес) пошел и встретил его (великого вардапета), когда тот собирался уже войти во дворец военачальника; он издали окликнул его и сообщил ходатайство собора. Ишхан насильно заставил его войти [во дворец], военачальник же вышел ему навстречу, приветствовал и сказал: «Раз ты приехал, они мне больше не нужны»».

А в гл. 50 написано:

«Спор этот между христианами подняли римляне, ибо папа римский написал великому армянскому католикосу владыке Константину, восседавшему в то время в крепости Ромейской (так как там находился престол святого Григора со времени Григора и Нерсеса — двух святых братьев, происходивших из династии Аршакидов, мужей ученых и ревностно служивших божьей вере), дескать: «Как вы исповедуете всесвятого духа божьего, исходящим и появившимся только от отца или от отца и сына? Поскольку римляне так исповедуют: “от отца и сына”». То же самое они написали и армянскому царю Хетуму и потребовали ответа.

И те собрали в городе Сисе, что в Киликии, мудрецов своей страны из армян, греков, сирийцев и иных христианских народов, которых только нашли. Греки сказали: «только от отца», а некоторые из сирийцев — иначе. [Участники] собора — армяне написали в Албанию ученому вардапету Ванакану (ибо в то время он был весьма известен), и вардапету Вардану, и Иовсепу, и другим, чтоб узнать, что они скажут, и тогда только ответить римлянам».

Самым знаменитым произведением этого великого албанского (азербайджанского) мыслителя является «Törə bitiqi» (Книга судебных правил). Это произведение дошло до наших дней на албанском (кыпчакском) языке. (Вортс. 1916 / ll; Вен. 468; Пар. Арм 176). Но дошло оно в сильно отредактированном виде и существенными добавлениями.

Известно, что автор не смог закончить эту книгу, которую начал писать по наставлению каталикоса Албании Степанноса. Об этом он сообщает в одной из рукописей «Албанской хроники» (Вен. 1237). Именно благодаря этой рукописи, становится ясно, что «Törə Bitiqi» заканчивается этими предложениями:

“Xaytıp tiyəsidir bilməgə ki, tügülüdür yalqız bu Törə bitiki, xaysın ki hali yazıyırbiz, tügül yalqız mendən bolğay tügəllənməki munqar, zera oxşaşı bar ğanonkka, ne türlü ki, ğanonk birdən yazılmadı, a ne bir yerdə, a ne bir adamdan, yoxsa azaz yazıldı, əvəl arakellərdən, sonqra Niqiada, sonqra Puzandiada, andan sonqra Epesosta, alay ox bu Törə bitiki. Əvəl başlanmaqı mununq bizdən boldı, da bizdən sonqra kerək ki, azaz yazılğay da tügəl bolğay, zera qanonktan boyruxtur, yılda 3 kez joqovk bolğay, da tergöv etkəylər, egər ki dünyada nema yanqi badiyət çıxıp esə, ani barça baxıp, ari atalar artıxsılıxnı keri salğaylar da toğru yolğa keltirgəylər. Bu türlü tiyəsidir bilmağa yarqu bitiklərinə: necə ki yənqi nema törə yoluxsa, da tergəp, uslular baxkaylar toğru esə, yazğaylar ani da bu bitiktə. Egər ki kimsə es yoxsa, tapar barça ari bitiklərdə bu türlü ki, az – az ilgəri kelip tügəlləniptir.

Ne türlü Ararack bitiki Movsestən tügül ki birdən yazıldı, alay ox 12 markarelər dügül ki bir zamanda yazıldı ya 1 adamdan, alay ox barça markarelər. Bu türlü surp Avedaranlar da tügül ki, bir zamanda yazıldı, ya 1 – indən, hər biri yazdı kendi vaxtı bilə, ol türlü bitikləri Boğos arakelininq. Dağı da köp bitiklər ari atalardan u vardapetlərdən yazıldı kendiləri vaxtına. Bu türlü orinaq bilə bu bitikni də biz başladıq yazmağa. Egər bizdən azaz ilgəri kelip yazıldı esə, emdi də egər köplərdən yazılsa özgə vaxtlarda, nema eksiklik tügüldür, yoxesə tek toğru törə bolsun ki, barça yaxşılar biyəngəylər də mununq eksikin tügəlləgəylər.”

Русский перевод (автор перевода: А. Гаркавец):

«Также следует знать, что Судебник, это не только то, что мы ныне пишем, и он не может быть завершен только нами, ибо он имеет сходство с канонами, которые были установлены не сразу, и не в одном месте, и не одним человеком, а писались понемногу, вначале апостолами, затем в Никее, потом в Византии, после этого в Эфесе, так и этот Судебник. Сперва начало ему было положено нами, и необходимо, чтобы после нас он понемногу дописывался и совершенствовался, ибо канонами предписано 3 раза в год созывать соборы, и святые отцы должны анализировать, какие новые явления возникли в жизни, рассматривать их все, удалять лишнее и вносить нужные исправления. Так следует поступать и с судебниками: мудрые люди должны рассматривать и анализировать все новейшие законы и те, которые окажутся правильными, вписывать в эту книгу. И если кто обратит внимание, то найдет, что и все священные писания постепенно совершенствовались таким же образом.

И как Моисей писал книгу Бытия не в одно и то же время, так и (книги) двенадцати пророков писались не в одно время и не одним человеком, так и все пророки. И святое Евангелие написано не сразу и не одним лицом, но каждый писал в свое время. Так же и послания Павла. Равно как и многие книги святых отцов и учителей писались каждая в свое время. По этому примеру и мы начали писать эту книгу. Если что(то уже написано раньше нас и если теперь многие напишут в другие времена, то это не является недостатком, лишь бы законы были правильными, нравились всем порядочным людям, а его недочеты (недостающее) восполнялись».

Именно из-за этого книга Мхитара Гоша дошла до наших дней в отредактированном виде и с значительными добавлениями. А добавлениями являются «Армянский судебник» и оригинальный кодекс на албанском (кыпчакском) языке. Однако, А. Паповян выдав, «Армянский судебник» за произведение Гоша, а «Книгу судебных правил» (Тере Битиги) за вводную часть «Судебника», ввел научный мир в заблуждение  (Паповян 1964). Что касается «Судебника», он был переведен с армянского на латинский, затем с латинского на польский, и наконец – с польского на албанский (кыпчакский) язык. Судебник, латинский текст которого с многочисленными исправлениями, дополнениями и ограничительными комментариями был утвержден Сигизмундом I в 1519 г., использовался в албанской (кыпчакской) и польской версиях 1523 года.

Как верно отметил академик З. Буниятов, ссылаясь на сообщения албанского историка Киракоса Гянджинского, и приводя цитату из его «Истории»,  в «Судебник» («Törə bitiqi» Книга судебных правил –Б.Т.) без всякой системы и руководящей нити вошли наряду с законами Восточной Римской империи, албанские церковные законы, «Законы Моисея» и армянские народные обычаи», вовсе не подтверждает принадлежность его к документам армянского права(Буниятов 1965: 98-99).  Киракос Гянджинский, говоря об албанских церковных законах, имел в виду церковные каноны алуенские (493), двинские (совместный собор албанской, грузинской и армянской церквей в 554 г.), манаскертские (726 г.) и каноны албанского церковного собора в Партаве (768 г.).

По мнению ученого, судьба «Истории Албан» Моисея Каганкатуйского постигла и «Судебник» («Törə bitiqi» Книга судебных правил –Б.Т.) Мхитара Гоша, который фальсифицирован, ибо к названию «Судебник» добавили отсутствующее в рукописи слово «хайоц» (армянский), образовали новое, никогда не написанное самим Гошем название (Буниятов 1965: 98-99). Этот факт вынуждены признать и сами армянские «ученые», напрмер, К. А. Мелик – Оганджян, который пишет:

«Это касается лишь титульного листа печатного издания—«Датастанагирк хайоц», то «хайоц» добавлен Вааном Бастамяном, первым ученым-юристом, изучившим рукописные списки и подготовившим к изданию этот замечательный памятник юриспруденции… В. Бастамян как в своем пространном монографическом «Предисловии» (180 стр.), так и в тексте всюду пишет лишь «Датастанагирк»—«Судебник» Мхитара Гоша… Точно также поступил и переводчик «Судебника Мхитара Гоша» А. Паповян, сохранивший лишь на титульном листе название армянского издания —«Армянский судебник Мхитара Гоша», а всюду—как в предисловии, так и в тексте—исключительно «Судебник»» (Мелик – Оганджян К.А. Историко – литературная концепция З. Буниятова: 166-167).

Добавим к сказанному, что произведение М. Гоша в Xlll в. было переведено на армянский (грабар – среднеперсидский, написанный армянским шрифтом) язык, и получил в Киликии силу обязательного закона. Т.И. Тер – Григорян пишет по этому поводу:

«Силу обязательного закона «Судебник» получил в XIII в., в Киликийской Армении. В XVI в. он был принят польским королем Сигизмундом I для армянских колоний в Львове, Каменце и др. городах. В XVIII в. этот «Судебник» был внесен в Вахтангов сборник законов, в составе которого действовал и после присоединения Грузии к России» (Примеч. к «Истории» Киракоса Гандзакаци, Т- И. Тер-Григоряна, стр. 260).

Что касается отредактированных и отчасти измененных мест книги Мхитара  Гоша, отличать их от оригинальной части не представляет особой трудности, так как, в оригинальной части полностью отсутствуют славянизмы. Например, в этой части в место славянского «король», «князь», «причина» и т.д., встречаются такие слова, как «хан», «бий», «падишах», «себеп» и т. д. Кроме этого, чувствуется сильное влияние азербайджанского языка.

Тörə Bitiqi

Книга судебных правил (Судебник)

(Отредактированные и измененные позже места выделены)

Əvəlgi polojenası Törə bitikininq:

Burungisi ki, pampasel etərlər bizni ki, törələri yoxtur.

Ekinçi ki, ne üçün emdi yazdıq, ya kimninq priçinasпndan.

Üçünçi, nışanı küçününq barça törələrninq.

Dörtünçi ki, kimlər törəçilər bolmax kerək.

Beşinmi ki, ne nemədir törə, ya kimgə törə bolmaq, ya tərəni kimgə sımarlamaq kerək.

Altпnçı ki, ne türlü tiyər bolmağa törəçilərgə ya zaxotçalarğa.

Yedinçi, tanıxlar üçün ki, nedir alarnınq inamları.

Sekizinçi, ant üçün ki, ne türlü bolmaq kerək, ya kimgə berilir ant.

Toğuzunçu ki, tiyməstir krisdənlarğa dinsizlər alnına barmağa törəgə.

Onunçı ki, xaysı bitiklərdən yığdıq, ya xaysı millətlərdən aldıq törələrni.

Burungisi ki, pampasel etərlər bizni ki, törəsi yoxtur

Haybatlı ari vartabedninq yasağanı bu Törə bitikini xoltxasından Sdepannos gatoğigosnпnq barça ermenilikninq.

Əvəlgi toxtalmaqı da başlanmaqı barça törə bitiklərininq. Basta yazar anınqkibiklərə cuap ki, bizni pambasel etərlər ki, yoxtur bizdə törə.

Ari Cannınq şnorkundan hadirləndik yazmağa törələr bitikini.

Əvəl cuvap berəlik alarğa ki, pambasel etərlər Krisdosnunq törəsini ki, törə yoxtur ermeni krisdanlarda.  Zera köplər bardır ki, maxtarlar özgə dayfanınq törələrini ki, könü törələri bar. Kimlər ki bu işni sözlərlər, kendiləri könü törədən tayıptırlar da özgələrni də klərlər taydırmağa, yenqil esli adəmilərni.

Burungi cuvap alarga munu berirbiz ki, Tenqri əvəldən adəmininq tarbiyatına toxtattı tanımağa könülüknü. Anınq üçün dinsizlərninq doktorları toxtatıp törə xoydular ki, kim ki bolvanlarğa yaman aytsa, ölümlü bolğay, da kim ki atasına xol uzatıp urgay, xolun keskəylər. Xaytıp Movses kendi törəsinə arttırdı bu işninq törəsini, alıp əvəlgi törədən: kim ki atasına u anasına yaman aytsa, ölümlü bolğay. Xaytıp surp Avedaranı Biyimiz Krisdosnınq barça törələrninq tügəllikidir, anınq üçün buyurur: «Işitinqiz ki, aytıldı Eski Törədə bu türlü, yoxesə men sizgə Yənqi buyurumen bu türlü da berkitirmen Eskini Yənqi bilə, berip sizinq yaxşı erkinqizgə aytпp: sövgəysiz sizinq sınqarnqıznı, necik sizinq boyunquznu”.

Ekinci, həlbəttə, yaxşı erkinə berir adəmininq barça yaxşılıxın xılımağa, xaysın ki, toxtatır ki, bizim erkimizdədir ki, barça adəmilər bilə könülük bilə barmağa. Ol səbəp bilə ne Avedarannı yazıp, xoymadılar əvəldən, yoxesə söz bilə ayttılar.

Ekinçi. Krisdos keldi da övrətti tügəl törə tügəl adəmilərgə, da kləmədi toxtamağan Adəmilərgə bitik bilə berməgə. Anınq üçün ögüt berir surp Awedaranda ki, barışkay kendininq zaxoçası bilə, törəgə kelmiyin. Dağı da Krisdos yarğuçununq manisi bilə alani etti surp Awedarandan ki, barça, kimsə kimgə borçlu esə, tölöv etkəy yaxşı könqüldən, yaxşı es etip, zera adəmininq esi kendininq yarğuçudur. Munqar oğşaş barça yarğu işlərini esləmək kerək. Bu türlü Krisdos buyurur Avedaranda şafarnınq manisini, egər anпnq egirlikini taptı esə əvəldən, sonqra maxtadı anınq usunu ki, yarlıxap etti ol egirlikni kendininq eyəsinə, xaysı bilə ki kirmədi törəninq alnına sağış berməgə. Körgüzür ki, tiyişlidir yarğu bolmağa, yoxesə mağtamax bilə üvrətir ki, çarə bar esə, suxlanmasın yarğuga barmağa. Munqar oxşaş hrajarel etər surp Avedaranda törə etməgə anqar ki, xoltxa etti Krisdostan ki, ayt xardaşıma ki, üləşkəy menim bilə atamnınq oçiznamın. Oşta eki türlü bardır sizdə səbəp: adəmilik tarbiyatından da törədən, mani, ne üçün suxlanç bolursiz özgələrninq törəsinə? Mundan övrənip, aytır arakəl Boğos ki, heç sizdə könü törə yoxtur, ne üçün siz kendinqizgə xısxa u egirlik etməgə xoymassiz, yoxesə siz xısxa u egirlik etərsiz tügül özgələrgə, yoxesə xardaşlarğa da.

Üçünci. Kləmədi Tenqri berməgə yazğan törə ki, bolmağay prezmuşenadan könülüktə bolğaybiz, yoxesə süvük bilə, yarlığamax bilə saxlağaybiz künülüknü u yazmağan törəni hər zamanda.

Dörtünçü ki, yetkincə Tenqri yöpsündü Törəni, u proroklarnı, u Avedarannı, necik ki yaxşı urlux bolğay canımızğa, da bu türlü könülük bilə də etməgə yarğularnı. Beşinci ki, Törə, u proroklar, u Avedaran teşkirilməstir, yoxesə törə prezmuşenadan teşkirilir uluslarda u millətlər arasına. Anınq üçün boş etər Tenqri ki, uslular tergəp baxkaylar, ne türlü işesə, anqar körə etkəylər yarğunu. Altпncı ki törədə prezmuşenadan antka tüşər, da Biyimiz Krisdos tıyar ant içməkni, klər ki, biz könü krisdənliktə tirilgəybiz ki, könü könü bolğay, egri egri bolğay.

İkinci. Nə üçün indi və hansı səbəbdən yazdıq.

Dağı da ne üçün emdi klədik yazmağa törələrni, ya ne səbəptən teprəndi esimiz bu işkə. Egər ki yazdıq esə əvəlgidə ki, kerəkimiz dügül edi yazğan törə berilməgə Tenqridən, yoxsa köp kez işittik panbas özgə milləttən ki, yoxtur krisdanlarda törə. Kim ki munu aytır, bilməsti ari bitiklərninq küçüni. Munınqki yaman sağıştan 2 türlü yamanlıx toğar: 1, ya sağışlar edi, ki törəni xoygan essiz edi; 2, ya kləməs edi ki, könülük bolğay edi adəmilər arasına dünyada.

2-inçi ki, ol biliklikni ki, tarbiyatımızdan bar edi, yamanlıx söndürdü, da tügəl yaratılğan adəmini yarımdıx etti, da sövüknü u şağavatnı körəlməsizlik xapanel etti.

3-ünçi, bu vaxtlarda erinçəkliktən üvrənməg kləməslər Eski u Yənqi Törələrni ne markarelərdən, ne Avedarandan ki, bolğaylar edi ari bitiklərninq küçündən bilməgə könü törəni. Anınq üçün klədik bu Törə bitiki bilə oyatmağa alarnı, necik kimsəni yuxudan.

“4-ünçü, bu vaxtlarda biliklik eksildi, ki biliklik bolsa edi, bolur edik sınap u tanqlap zəmanəsinə körə; anınq üçün yöğdıq barça milləttən u uluslardan, da yazıp ta berkittik oxşaş Eski u Yənqi Törələrgə, ne türlü proroklar xoydı da Avedaran buyurdu. 5-inçi ki, bu zamanda Ari Can ızyavit etməs, necik Soğomon u Taniel vaxtına, ya necik Gorıntos kerməninə, ya özgə uluslarda ki, könü Törə etərlər edi. Zera Ari Can edi körgüzücü alarnınq yürəkinə, anınq üçün suxalanc dügüllər edi yazğan törələrgə. Necik surp arakellər kləmədilər yazıp berməgə surp Avedarannı əvəldən, yoxsa sözləri bilə inandırıp xaytardılar, da andan sonqra suxlandılar yazmağa, alay ox törəni də yazıp xaldırmadılar, zera alarnınq

dağın özgə ulu sağışları bar edi xaytarmaxlıx üçün, yoxsa pokoy berdilər Eski Törə bilə, da kermənlrninq obıçayı bilə, da ari bitiklərninq kücü bilə törələrin etməgə. Yoxesə bu zamanda barçadan keri tüştük. Bu səbəptən prezmuşena yazıp xoyduq törələrni.

“6-ınçı ki, yarğununq işi ant bilə tügəllənir, evet ki, Tenqridən buyurulmadı ant içməgə. Yoxesə yamanlıx artıptır bu zamanda, a krisdanlar tügül ki yalğız yarğu alnına ant içər, yoxsa hər yerdə hər kez heç nemədən, da anınq bilə Xutxaruçumuznunq buyruxun heç etərlər, da biz klədik ki, Tenqrininq boyruxun heç etkənlərgə törə u ganunk berkitip xoydux yarğuda.

7-inçi ki, bolmamaxı üçün törəninq barmağaylar özgə millətninq törəsinə, necik buyurur edilər markarelər ki, yoxmıdır Tenqri Israyel arasına ki, bolvanlarga barırlar, xaysın ki, arakellər də anı tabalap aytırlar ki, tiyməstir krisdanlarğa özgə millətninq alnına yarğuğa barmaga.

8-inçi, körərbiz emdigi vaxtta ki, bardır axpaşlar, vartabedlər, kahanalar, biylər, başketxoyalar ki, yüz körüp, u orunc alıp, da biliksizliktn könü yarğunu egri etərlər. Anпnq üçün köptən az yazıp xoyduq Törə bitikində ki, bolğay ögüt u toğrulux anınq kibiklərgə.

9-unçu ki, yaratılğan tarbiyatımız dayma unutuçudur yaxşılıxn köp türlü can u ten günahından. Həlbət, kləsək yarğunu toğru etməgə, vaxtında unutup yamqılırbiz, andan sonqra poşman bolup, sağışka tüşərbiz ki, alaymıdır yoxsa alay dügül. Anпnq üçün ki, bu türlü xıyınlı sağış bolmağa, anınq üçün yazıp xoyduq törə bitikini, hər vaxt, xolumuzğa alıp, esləgəybiz törəmizni da körgüzgəybiz özgə millətkə ki, dayma törələrimizni ari bitiklərdən etərbiz ki, sözləri bolmağay bizni tabalamağa.

10-unçı, xaçan ki adam yaratıldı ürdü da berdi anqar Biy Tenqri Ari canıпnq şnorhkın. Ol şnork, necə bardı ilgəri, adəmilər üsnə arttı, da, xaçan ki xaytıp yazıxka tüştülər, ayttı Tenqri: «Xalmağay menim canım adəmilərdə, zera can yergəsindən tengə xayttılar. Xaçan ki Krisdos keldi dünyağa, ol Ari Cannı yənə berdi adəmilərgə da can yarğusun, xaysı ki surp Avedarandır da ganunk, zera bilir edi Biyimiz Krisdos ki, dünya adəmiləri prezmuşena dünya yarğusun yararlar edi. Tiyəsidir emdidən sonqra bitik bilə yöpsünməgə törələrni, tanqlap barça ari bitiklərdən.

11-birinci ki, bilgəylər yarğucılar Törə bitikindən toğru yarğu etməgə, bilip ki, kendiləri də turmaxtırlar köktəgi yarğucununq alnına yarğuğa.

12-nci, kimlər ki törninq alnına kelirlər, xorxu keçirgəylər, anınq üçün ki, xaçan adəmilər alnına bolmaslar egrini könü etməgə, həlbət, köp türlü söz bilə cəht etərlər yarğucunu aldamağa, ne türlü bolsarlar köktəgi yarğucununq alnına turmağa ki, barça yapuxlarnı kərər ki, anınq alnına kimsə aldamax bilə bolmas könü bolmağa, yoxsa könülük bilə tergöv bolsar?

Oşta bu 12 türlü başişlər biri birinə baylap, səbəp xoyarbiz Törə bitikinə oxşaş surp arakellərgə, xaysı ki Biy Tenqridən yarğucular berildilər dünyağa, da xaytıp Ari Can bilə toğurdular hajrabedlərni u vartabedlərni, ari yıxövnünq yarğuçuların. Zera bu 12 tügəl san haybatlandı barça dünyağa, zera bu 2 altıdan toğdular, da bu 6 san dünyaninq yaratılğanınınq künləridir, da ölçövüdür adəmininq 6 teprənişininq, da sanıdır adəmilikninq tarbiyatınıq.

Dağı da bardır köp türlü haybatlıq ki, bu işlərninq ari bitiklərdə. Dağı da oxşaştır 12 nahabedlərninq pokolenasına Israyel oğlanlarınınq, xaysılarına ki, berildi Tenqridən yazılğan törə Movses xoluna.

Anınq üçün bu 12 türlü başişlər bilə tügəllərbiz Törə bitikini.

Dağı da ne səbəp boldı bizgə ki, başladıq bu Törələrni yazmağa?

Köp vaxttan beri ulu sağışta edim bu Törə bitiki üçün ki, hər kez bizni tabalarlar edi bizim xom da, özgə dayfa da. Dağı da hörmət xoyup bizgə bu iş üçün sövüklü ari bitiklərninq şəgerti Boğos vartabed köp türlü hörmətli – hörmətli sözlər bilə, da menbolmadım üstümə almaga, mahana etip menim biliksizlikimni da tenimninq tıncsızlıxını, da sağış ettim ki, xoltxa etkiy edim özgə küclü ari vartabedlərdən, zera bar edilər köplər ol vaxtta atlı – çuvlu pilisopalar.

Evet ki, bilip menim cınsımnınq bizminlikini, kləmədim kimsəni bu işkə keltirməgə. Yoxsa asrı tanqlar edim ki, arakellər u belgili ari atalar munınqki ulu işninq xayğusuna bolmadılar.

Evet ki, xaytıp boldı səbəp bu Törə bitikini yazmağa hörmət xoyğanından bizgə der Sdepanos gatoğiqosnınq barça ermenilikninq, bir də, eki də bizdən xoltxa etti, da men mahana ettim menim biliksizlikimni da köp kez tartındım bu iştən.

Xaçan ki artıxsı xoltxa etti, men də üstümə aldım menim miskinlikim bilə, bilip ki, tiyəsidir hnazant bolmağa duxovnıy buyruxka. Egər ki, Tenqridən esə bu yaxşı sağış da tügəllənsə anınq onqarmaxı bilə, asrı yaxşı; a egər tügəllənməsə menim başlağanım, özgə ari atalar, tügəlləp, başka çıxargaylar. Zera əvəl əvəldən barça ustalıq tügəl, bir adəmidən başlanıp, da andan tügəlləndi, yoxesə köplərdən, zera, azdan köptən tapıp, biri birinə keltirip, biriktirdilər barça ustalıqnı. Xaytıp esimə aldım ki, Biyimiz Krisdosnınq yarğusuna barasımen, ol ki, yüz körməs, ne orunc almas, anınq üçün tiyişlidir manqa yazmağa xolum bilə Tenqrininq yarğusununq oxşaşın. Bolmağay kimsə tabalağay aytkan sözümnü. Egər kimsə biliksiz esə, övrənsin, a egər tügəl övrəngən esə da munda nemə eksik tapsa, kendi tügəlləsin. 2 yartın yaxşı könqüllərni yöpsünürbiz sövük bilə».

Русский перевод

(Автор перевода: А. Гаркавец)

Начальные положения Судебника

Первое, о тех, которые злословят, что у нас нет законов.

Второе, почему мы теперь написали, и кто тому причиной.

Третье, о замечательной силе законов.

Четвертое, какие люди должны быть судьями.

Пятое, что такое суд, на кого возлагается суд, или кому следует вверять суд.

Шестое, как следует вести себя судьям и тяжущимся.

Седьмое, о свидетелях, каково к ним доверие.

Восьмое, о присяге, какой она должна быть, и кому назначается присяга.

Девятое, о том, что христианам не подобает обращаться в суд неверных.

Десятое, из каких писаний мы выбрали, или у каких народов мы взяли законы.

Первое, о тех, которые злословят, что у нас нет суда

Этот Судебник был составлен достославным святым вартабедом по просьбе католикоса всех армян Степана.

Изначальное установление и начало всех законоуложений.

Вначале он отвечает тем, которые злословят о нас, что у нас нет законов.

К написанию книги законов мы были подготовлены по милости Святого Духа. Прежде всего ответим тем, которые злословят о Христовом законе, что суда у (2v/157v) армянских христиан нет. Ибо много таких, которые хвалят законы других наций, что у них есть истинные зако(

ны. Те, кто говорят это, уклонились от истинного права сами и других, легкомысленных людей, стремятся ввести в заблуждение.

Первое, что мы им ответим, это то, что Бог изначально заложил в природе человека стремление к справедливости. Посему доктора язычников определили и установили закон, что если кто(нибудь оскорбит идолов, должен умереть, и кто поднимет руку на отца и ударит, пусть ему отсекут руку. Также Моисей в своем законе ужесточил закон по этому делу, взяв из прежнего закона: кто оскорбит своего отца и свою мать, подлежит смерти. Также и святое Евангелие Господа нашего Христа, являясь завершением всех законов, повелевает поэтому: «Послушайте, что сказано в Старом Законе такто. А я вам в Новом повелеваю так(то и Старый утверждаю Новым, отдавая на вашу добрую волю, говоря: любите ваших ближних, как самих себя».

Второй, конечно же, предоставляет доброй воле человека вершить всяческую добродетель, устанавливая, что в нашей воле поступать со всеми людьми по справедливости. По этой причине и Евангелие вначале не изложили письменно, а проповедывали устно.

Второе. Христос пришел, и учил людей всех вместе закону вообще, и не хотел людям, которые еще не имели твердых убеждений, дать закон на письме. Потому в святом Евангелии он наставляет, чтобы мирились с соперниками по пути в суд. Притчей о судье в святом Евангелии Христос объясняет, что каждый, кто кому-нибудь должен, обязан возместить долг по доброй воле и по справедливости, хорошо рассудив, ибо судьей человека является его собственное сознание. Подобно этому следует разрешать все судебные дела. Так учит Христос в Евангелии и в притче об управителе: хотя сначала он нашел его нечестным, но потом похвалил за ум, что достойно признался в нечестности своему хозяину и благодаря этому не предстал перед судом для дачи отчета. Он показывает, что судиться нужно, но похвалою учит, что, если можно, пусть не стремятся обращаться в суд. Подобным образом в святом Евангелии Он отказывает в суде тому, кто просил Христа: «Скажи брату моему, пусть разделит со мной наследство отца моего». Вот вы имеете двойное основание, естественное и законное, тем не менее, почему вы жаждете суда других? Заключая из этого, апостол Павел говорит, что истинного суда нет в вас самих, вот почему вы не подвергаете лишениям и несправедливости самих себя а притесняете и обижаете не только других, но и братьев.

Третье. Бог не захотел дать писаный закон, дабы не пребывать нам в праве по принуждению, а во все времена блюсти справедливость и непи(

саные законы из любви и сострадания.

Четвертое, Бог счел достаточным, чтобы Законы, пророки, Евангелие были в нашей душе как хорошее семя и чтобы таким образом отправлять суды по справедливости.

Пятое, Закон, и пророки, и Евангелие неизменны, а принудительный закон изменяется по странам и народам. Посему Бог позволяет, чтобы мудрецы исследовали, каковы обстоятельства дела, и судили в соответствии этим.

Шестое, в суде по принуждению доходит до присяги, а Господь наш Христос запрещает клясться, желая, чтобы мы жили в (5r/160r) истинной христианской вере и правда была правдой, а кривда кривдой.

Второе, почему мы теперь написали, и кто был тому причиной.

Почему ныне мы пожелали написать законы, или по каким причинам наш разум отважился на это дело.

[Первая причина.] Хотя мы и писали раньше, что у нас не было нужды, чтобы писаный закон был дан от Бога, однако много раз мы слышали от других народов злословия, что у христиан нет закона. Кто

говорит это, не знает силы священных писаний. Вследствие подобного злостного рассуждения возникает два зла: первое, либо они полагают, что установивший законы был невеждой; второе, либо он не хотел, чтобы в мире среди людей была справедливость.

Второе – то, что зло погасило то знание, которым мы обладали от природы, и человека, созданного совершенным, сделало неполноценным, и ненависть преградила путь любви и милосердию.

Третье, в нынешние времена люди из-за лени не хотят учиться Старому и Новому Законам, ни из пророков, ни из Евангелия, чтобы благодаря силе свя(

щенных писаний познать истинный закон. Поэтому мы пожелали разбудить их этим Судебником, словно спящих.

Четвертое, в нынешние времена знание убавилось, а если бы знание было, мы могли бы расследовать и выбирать законы соответственно времени; поэтому мы собрали у всех народов и стран и, записав, закрепили подобно Старому и Новому Законам, как установили пророки и повелевает Евангелие.

Пятая [причина] состоит в том, что в настоящее время Святой Дух не воздействует так, как во времена Соломона и Даниила, или как в городе Коринфе, или в других странах, где творили истинный суд. Ибо указующий Святой Дух был у них в сердце, и потому они не стремились иметь писаные законы. Как святые апостолы сначала не хотели изложить святое Евангелие на письме, а обращали в веру словами, и лишь потом пожелали записать, точно так же и законы они не изложили на письме, ибо ими владели другие великие помыслы во славу обращения (неверных), но позволили отправлять суд по Старому Закону, городским обычаям и силой (6v/161v) священных писаний. Но ныне мы отвратились от всего этого. По этой причине мы были вынуждены изложить законы на письме.

Шестая [причина] состоит в том, что судебные дела кончаются присягой, тогда как Богом не позволено клясться. Однако в настоящее время зло умножилось, и христиане не только присягают перед судом, но и клянутся в любом месте, по любому ничтожному поводу, тем самым пренебрегая заповедью нашего Спасителя, и мы захотели утвердить в суде право и законы для тех, кто попирает Божьи заповеди.

Седьмое, дабы под предлогом отсутствия закона не обращались в суд других наций, против чего предостерегали пророки: разве нет Бога у Израиля, что они ходят к идолам? – и в чем укоряли их и апостолы, говоря, что не надлежит христианам ходить в суд перед иноверцами.

Восьмое, в нынешнее время мы видим, что есть епископы, проповедники, священники, князья, главные старейшины, которые извращают правосудие,

проявляя пристрастие, получая взятки и по невежеству. Поэтому многое мы лаконично изложили в Судебнике, дабы он послужил им в укор и в исправление.

Девятое, наш характер устроен так, что мы постоянно забываем добро ввиду многообразных душевных и плотских грехов. Хотя мы и хотим, несомненно, творить суд справедливо, но в час суда забываем и ошибаемся, затем раскаиваемся и впадаем в сомнения: так это или не так? Поскольку испытывать такие сомнения очень мучительно, мы написали этот Судебник, дабы, постоянно имея его под рукой, сами помнили наши законы и показывали иноплеменцам, что наши законы мы всегда применяем, исходя из священных писаний, дабы им не было что сказать нам в укор.

Десятое, когда человек был сотворен, Господь Бог вдунул в него, как семя, дар Святого Духа. Тот дар со временем в людях все больше развивался, но, когда они отвратились и впали в грех, Бог сказал: «Да не останется дух мой в человеках, ибо они отвернулись от духовного уклада к плоти». Когда же Христос пришел в мир, он вернул людям Святой Дух и дал им духовный суд, то есть святое Евангелие и каноны, ибо знал наш Господь Христос, что люди как земные создания вынуждены судиться судом земным. Впредь надлежит пользоваться писаными законами, выбранными из всех священных писаний.

Одиннадцатое, чтобы судьи знали из Судебника, как творить правый суд, памятуя, что и они сами должны будут предстать перед судом небесного судьи.

Двенадцатое, чтобы те, которые приходят в суд, устрашились, ибо если они, несмотря на старания обмануть судью многообразными речами, конечно же, не смогут выдать ложь за истину перед людьми, то как же предстать им перед небесным судьей, который зрит все скрытое и перед которым никто

(8v/163v) не может оправдаться обманом, но будет

судим по справедливости?

Вот эти двенадцать главных обстоятельств разного рода мы связываем друг с другом и считаем основанием составления Судебника – подобно святым апостолам, которые были назначены от Господа Бога судьями мира, а затем со Святым Духом породили патриархов и вартабедов, судей святой церкви.

Ведь число двенадцать чтимо во всем мире как совершенное, так как слагается из двух шестерок, число же шесть есть число дней сотворения мира, и  мера шести человеческих движений, и число человеческих характеров. В священных писаниях имеется и много других славных примеров. Есть еще пример двенадцати родоначальников колен Израилева потомства, которым в руки Моисея были даны Господом писаные законы. Исходя из этих двенадцати главных обстоятельств, мы и составляем Судебник.

Что еще стало поводом к тому, чтобы мы стали писать Судебник?

Об этом Судебнике я размышлял давно, так как нас постоянно упрекали и свои, и чужие. Увещевал меня и склонял к этому делу своими многочисленными нравственными наставлениями вартабед Павел, возлюбленный ученик священных писаний, но я не мог взвалить на себя этот труд, объясняя отказ моим невежеством и плотской немощью; и попытался я

упросить других сильных из праведных ученых монахов, так как в то время было много именитых и прославленных философов. Однако, зная неотзывчивость нашего народа, я не хотел никого к этому принуждать. Но я очень удивлялся, что апостолы и известные святые отцы оставили без внима(

ния это великое дело. Но решающим стимулом к написанию Судебника послужило почтительное обращение к нам владыки Степана, католикоса всех армян, который и раз, и два упрашивал нас, хотя я многократно отказывался, ссылаясь на мое невежество. Но когда он стал настаивать еще больше, я, со своей убогостью, взял это дело на себя, сознавая, что надлежит пребывать в послушании духовному повелению. Если эта благая мысль от Бога и (10r/165r) если с Его помощью дело будет выполнено, то очень хорошо; а если мое начинание не будет завершено, то другие святые отцы дополнят и доведут до конца. Ибо всякое совершенное произведение сперва начинается одним человеком и им выпоняется, но завершается многими, и они, открыв кто больше, кто меньше и дополнив друг друга, соединяют воедино все мастерство. Я сознавал и то, что должен буду предстать перед судом Господа нашего Христа, который не лицеприятствует и не берет взяток, и потому мне надлежит собственноручно начертать подобие Божьего закона. Пусть никто не осуждает сказанного мною. Если невежда – пусть учится, а если совершенен в науке и обнаружит здесь изъян, пусть восполнит сам. Добрую волю обеих сторон мы примем с любовью.

Продолжение текста

(Отредактированные и измененные позже места выделены)

“Üçüncü. Qanunların gücü barədə.

Dağı da yazar surp Mikayıl vardaped Törə bitikininq xuvatı üçün köp türlü yalbarmaq der Sdepannos qatoğiğosğa: Xolarmen sendən, haybatlı ata da barça ermenilik yıxövlərininq başı, bolmağay ki, heç tə yenqil sağışlağaysen can sartın kerəkli işni, xaysın ki, menim üstümə beripsen. Zera tiyəsidir manqa ki, körgüzgəymen sanqa köptən az ki, nedir xuvatı Törə bitikininq, xaysını ki, xolumuzga alıpbiz. Zera Törə bitikininq oğşaşı bar ganonkta, zera tiyişlidir bizgə tüzməgə törəni u ganonknı ki, biri birinə oxşağay. Xaytıp bu türlü bardır oxşaşı biri birinə. Zera ganonk cannı toğru etər, da törə tenni, həlbət, egər biri birindən ayrlıp esələr, yoxsa köp yerdə birikirlər. Necik can u ten ki, tarbiyat bilə 2-dirlər, ol türlü ayırılmas, xatışıp biri biri bilə, bolurlar bir da köp neməni bir erk bilə xılınırlar, ol türlü ganunkta törələr. Anınq üçün, egər ki yoluxsa xatışılmağa eksinə, biri birini sındırmastır.

Da ne türlü ganonknu bilicilər tüzüptürlər, ol türlü törəni də; da ne türlü yanqılğanlarğa ganonkta pokuta u xorxu bar, ol türlü törədə bar; da ne türlü törədə zından u baylamaq bar egrilərgə, ol türlü ganonk‘ta zından u baylamaq xarğamaqtır; da ne türlü yazıxsız adəmilər üsnə ganonk nemə bağ xoymastır, ol türlü törə də anınqkibiklərninq üsnə, kimlər ki toğrudurlar dünyada; da ne türlü ari kişi xorxmastır köktəgi yarğucıdan, ol türlü anmeğ adam xorxmastır dünya yarğucusundan.

Xaytıp dağı da yaxşılıx beriliptir bizgə ki, barça ari bitiklərni anınq üçün tüzdülər ki, adəmilərni yazıxtan tartkaylar, ol türlü Törə bitiki cəht etər tıymağa yamanlarnı u egrilərni ki, sövük bilə u yaxşı könqül bilə tirilgəylər biri biri bilə. Dağı da aruvluq bilə tirilmək artarlıqtır, bu da törədə bolmaq kerək. Bu türlü manilərni berip uslularğa ki, tanığaylar ki, neçə türlü yaxşılıx bar munda havasar barça adəmilərgə ki, talaşnı, öpkəni kötürür da eminlikni u yaxşılıxnı toxtatır adəmilər arasına. Da xayda ki törə eksiktir, anda talaş köptür, da xayda törə u könülük bolsa, eminlik artıxtır ol ulusta, dünyada u yıxövlərdə, zera bir ülüşü Tenqrininq şnorhkundan berilgən yıxövlərgə eminliktir.

Törtünçü, dağı da yazar, kimlərdir yarğuçılar, ayırır biri –birindən könülərini, oxşaşlarını.

Əvəlgi u könü yarğucu Tenqridir, ne türlü buyurur markare Tavit ki, yarğu etər Tenqri kendininq joğovurtuna. Dağı da aytır prorok: «Biy Tenqri bizim yarğucumuz». Yənə aytır: «Kel, Tenqri, da et seninq yarğunqnu». Dağı da munqar oxşaş bardır köp işlər, zera kendi Tenqridir yarğucu ki, övrətir bizgə könü yarğunu, xaysı bilə ki dir, adəmilrəgə tüzgəndir bu törələrni, ne friştələrgə, ne canavarlarğa.

Evet ki törədə yazğandır: öldürücü canavarnı öldürmək kerək,– tügül anınq üçün ki, canavarlar ögütləngəylər, yoxesə adəmilər. Dağı da devlərgə də boldı yarğu ki, köktən yergə tüştilər, friştədən devlər boldılar öktəmliklərinə körə, dügül köp kez, yoxsa bir kez. Xaçan ki yarattı Tenqri adəmini, ol çaxta belgili etti ki, yarğucumuz da Eyəmiz kendidir. Da Krisdos keldi dünyaga da ayttı: «Yarğu etməgə keldim bu dünyaga», da «Atam kimsəninq yarğusun etməs, barça yarğunu berdi Oğul xoluna». Da budur Tenqrininq yarğusu ki, Yarıx keldi dünyaga, da adəmilər artıx sövdülər xaraxğuluxnu, ne ki yarıxnı. Da Tenqrininq atı atalır ayırılmas tarbiyat, zera ne türlü yarğucudur Oğul, ol türlü Ata u Ari Can. Da bu işari bitiklərdə alanidir, kim kləsə tergəməgə.

2-inci, yarğucılar atını berdi Tenqri adəmilərgə ki, yarğu etinqiz könülük bilə öksüzgə u tulğa. Da bu iş havsardır xanlarğa, biylərgə da xartlarğa, xaytıp markarelərgə, kahanalarğa, xaysı ki Movses xoydı yarğucılar anabadda, da mundan sonqra Esu zoravor. Ol türlü Soğomon xoldu Tenqridən uslulux ki, yarğu etməgə bilgəy joğovurtka. Bar edilər kahanalar u xartlar yarğular eskidə, ne tьrlь aytır bitiklər də ki, kahanalar bolğaylar xanlп işninq üsnə yarğucılar.

Ne üçün Tenqri havsar berdi yarğuculuxnu?

Anınq üçün ki, barçası bu şnorhktan menqərüçi bolğaylar da xaytıp ki, eksiklikindən yarğucılarnınq biri birin zrgel etkəylər. Da Yənqidə buyurdı Biyimiz Krisdos surp arakellərgə ki, olturğaysiz 12 olturğucta yarğu etməgə 12 millətkə Israjel xomına. Da alardan teşkirip aldılar başlıxlar barça krisdanlarnınq. Ol türlü xaytıp Krisdos övrətti mane bilə egri yarğucu üçün ki, tügəl könü yarğu

etməs edi, barça kimsə adəmilərdən esi kendinə yarğucudur, canına u teninə u 5 seziklikinə, da aruvluxta saxlağay kendini.

Русский перевод

(Автор перевода: А. Гаркавец)

Третье, о замечательной силе законов

Дальше святой вартабед Микаель пишет о силе

Судебника со многими мольбами к отцу Степану, католикосу. Прошу тебя, благословенный отче и глава всех армянских церквей, не почитай делом праздным и легким то духовное обязательство, которое ты наложил на меня. Посему мне необходимо показать тебе вкратце, в чем сила предпринимаемого нами Судебника. Поскольку подобие судебника имеется в канонах, нам следует изложить по порядку законы и каноны, чтобы было видно их сходство друг с другом. И вот  каково их взаимное сходство. Как каноны исправляют душу, так и закон совершенствует тело, и, конечно, хотя они отделены друг от друга, но во многом едины. Как душа и тело, которые в сущности два отдельных естества, неразлучно соединяясь друг с другом, образуют единство и многое совершают единой волей, точно так же каноны и законы. Потому, хотя и бывает, что они соединяются, но они не нарушают друг друга. Как каноны составлены людьми сведущими, так и законы; как в канонах существует искупление и устрашение для преступников, так и в законе; как в законе для неправых существует тюрьма и кандалы, так и в канонах анафема служит темницей и оковами; как каноны не налагают на безгрешных людей никакого бремени, так и суд на тех, которые чесны в земных делах; и как праведный человек не боится судьи небесного, так и невинный человек не боится судьи земного. [Судебник] приносит нам еще одно благо: подобно тому, как все священные писания установлены для того, чтобы отвлечь людей от греха, так и Судебник стремится преградить путь злым и неправым, дабы люди жили в любви и доброжелательстве друг к другу. Жизнь в чистоте есть праведность, и это должно быть и в законе. Эти доводы мы привели для мудрецов, дабы они узнали, сколько здесь хорошего в равной мере для всех людей, ибо [суд и законы] устраняют споры и обиды и утверждают между людьми мир и добро. И где недостаток в законах, там много раздоров, а где есть закон и справедливость, в такой стране изобилует мир и в жизни, и в церкви, ибо одна из Божьих милостей, дарованных церкви, это – мир.

Четвертое, описывает, кто суть судьи, различает судей истинных и истинно0подобных

Первый и истинный судья – Бог, как возвещает пророк Давид: «Бог судит народ свой». И еще говорит пророк: «Господь Бог – наш судья». Говорит еще: «Приди, Боже, и соверши суд свой». Имеется еще много подобных примеров, поскольку Бог сам есть Судья, который учит нас истинному суду, из чего явствует, что эти законы Он установил для людей, а не для ангелов и не для животных. Да, в законе записано: животное, причинившее смерть, следует убить, – однако вовсе не в наказание животным, а людям. Еще был суд и для духов, по которому они пали с неба на землю и из ангелов превратились в злых духов – вследствие их гордыни, но было это не многократно, а единожды. Когда же Бог создал человека, то сразу возвестил, что Он сам есть наш Судья и Господь. И Христос пришел в мир и сказал: «Судить пришел я в этот мир», и «Отец Мой никого не судит, но весь суд отдал в руки Сыну». Суд же Божий состоит в том, что свет пришел в мир, од(

нако люди больше полюбили тьму, а не свет. Именем же «Бог» называется нераздельное -неделимое, неразрозняемое, неразличаемое) естество,

ибо как Сын является судьей, так и Отец и Святой Дух. И это ясно из священных писаний, если кто желает исследовать.

Во-вторых, звание судей Бог дал людям, говоря: «Творите суд по правде сироте и вдове». И это касается в равной степени королей, князей и старейшин, а также пророков и священников, которых Моисей поставил судьями в пустыне, а затем могущественного Иисуса [Навина]. Также Соломон просил мудрости у Бога, чтобы уметь судить народ. Судьями в старых судах были также священники и старейшины, как сообщают писания, что в уголовных делах священники должны быть (13v/168v) судьями.

Для чего Бог предоставил суд в равной мере всем?

Для того, чтобы все пользовались этим даром и также чтобы из(за недостатка в судьях люди не причиняли лишений друг другу. И в Новом (Завете) заповедал Господь наш Христос святым апостолам: «сядете на двенадцати престолах судить двенадцать колен народа Израилева». От них же переняли это право вожди всех христиан. Также в притче о неправедном судье, который не судил по истинной правде, Христос учил, что сознание каждого из людей является судьей ему, его душе, и телу, и пяти чувствам и что каждый должен сам держать себя в чистоте.

Продолжение текста

(Отредактированные и измененные позже места выделены)

5. Dağı da nedir yarğu, ya kimlərgə bazıp sımarlamaq kerək, ya kimlərgə tiyər yarğunu etməgə.

Da yarğu kimdən aytıldı? Əvəl Tenqridən, sonqra markarelərdən ki, yarğu nedir. Yarğu barça işlərninq tergəməkidir. 3 türlü iş bar ki, adəmilər teprənirlər dünyada: yaxşı u yaman, da ortaçaxlı. Kimlər ki alani yaxşı kişilərdir da kimsəni zrgel etməslərdir, alarga yarğu kerəkməstir. A kimlər ki oğrudur, ya xaraxçıdır, ya baş yevüçüdür, alarnпnq işi tas bolmaqtır. A yarğu ortaçaxlı аdəmilərninqdir, kimninq zaxoccası bar. Ne türlü Soğomon 2 xatunnınq es bilə tergəp taptı yarğusun, ol türlü Taniel markare es bilə açtı Šuşannınq 2 xartnınq yarğusun. Da Krisdos 2-inçi kelgə ninə onq yanındagi alani artarlarğa aytsar: «Kelinqiz, Atamdan alğışlanğanlar»,– da sonq yanındagi alani yazıxlılarğa aytsar:

«Ketinqiz Mendən, xarğışlılar, menqi otka». Xaysı alanidir bu türlü ki, ortaçaxlılarnnınqdır yarğu, ortaçaxlı alardır, kimlər ki yazıxlarından xaytıp, pokutovat etiptirlər, alarnпınq ölçər Tenqri yazıxın, pokutasın, da kimninq yazıxı artıx bolsa, ol bersər cuapın. Alay ox dünya yarğusuna körgüzür. Tiyişlidir yarğucuğa ki, bitikçi, uslu, axıllı bolğay, da ari bitiklərninq kücün yaxşı bilgəy, da barça adəmilikni igi bilgəy ki, yarğunu toğru etkəy.

Tiyişlidir yarğucılarğa ki, lataları bilə tügəl bolğay, da anqlı u axıllı u saxt bolğay, bolmağay ki, törəni anqlamıyın, kimsəgə eksiklik etkəy. Necik ki bir peşəkar, tügəl peşəsin üvrənip bilməgəy, bolmas ustalıx etməgə, necə artıx dağın biliklik kerək yarğucularğa, xaysı ki Tenqrigə yaraşır. Zera yarğu yarmax Tenqrininqdir, oldur könü yarğucu, da dünya yarğucuları Tenqrigə oxşaştır. Anınq üçün kerəktir ki, yüz körmiyin, Tenqrininq yarğusun könü etkəy da Tenqrininq alnına açıx yüzlü bolğay.

Dağın da kimgə tiyəsidir berməgə boyruxun yarğuculuxnunq?

Eski Törədə belgili edilər yarğucular, markarelər, kahanalar ki, Tenqridən tanqlandılar, da alardan tanqlandılar xartlar, uslu yarğucular. Bolur ki, yoluxur yarğu yarmağa xanlarğa u ulu biylərgə. Da bizgə bu türlü bolsun. Xaysı ulusta bar esə krisdan xanı ya ulu biy, alar dünya yarğusun xayğurğaylar allarına könülük bilə. Da yıxöv yarğusun axpaş xayğurğay vartabedlərninq övrətməki bilə, 2 ya 3 axıllı ketxoyalıx bilə. Da xaysı ulusta bolmasa xan ya ulu biylər, tiyəsidir axpaşka sımarlamağa yarğu işin ki, barça yarğularn ol xayğurğay. Bolmağay ki, bu işkə utru bolğay kimsə, zera bardır axpaşlar arasına ki, biliksizdir da axça kücü bilə tanqlanğandır. Bilirmen munı men də. Yoxesə biyik asdicanları bardır axpalarnınq da barça canlar üçün cuvap berüçüdürlər Tenqrininq alnına, alay ox bu yarğular üçün bergəylər. Necik yoğarı aytıldı ki, vartabedlər bilə etkəylər törəni. Egər ki yarğu başı biliksiz bolsa, xatında olturğan bilicilərdən övrəngəy yarğu işini ki, pambassız biyəngəylər könülükkə.

6.Dağı da ne türlü tiyişlidir bolmağa, könü ya egri yarğuda.

Tiyişlidir yarğucığa ki, orunc aluçı bolmağay, zera yazğandır ki, orunc soxraytır, necə ki iti köz bolsa. Zera ol yarğucu ki könülük üstünə orunc almastır, anınq sözü keçər yarğuda, da könülük bilə yarğuğa uç etər, da kim ki işitsə, biyənir. Ne türlü Tenqri ayttı ki, yüz körmənqiz, yoxsa könü yarğu etinqiz. Egər ki könülük bolmasa,

köp adam esi bilə yazıxka tüşər, da bu iştən özgə millətninq yarğusuna barırlar. Da könülük bolsa, yarğucılar da bazıp bolur Tenqrininq sözün aytmağa ki, men yarğu etər esəm, menim yarğum könüdür; baxmasın kensininq aslamına, cəht etsin ki, barça adəmilərni biyəndirgəy. Egər ki sadaxa barça nemədən artıx esə, yoxsa yarğunu könülük bilə tiyəsidir etməgə, tiyməs xocağa yüz körməgə, ne miskingə yarlıxamağa, ne türlü yazğandır: «Yarlıxama yarlığa törədə». Da yarğucu bolmağay bir yartın işitkəy, könününq ya egrininq, gileyin anğınca ki, 2-si yüz də yüz turmıyın. Da gileni könüsün tergəgəy, andan sonqra 2 ya 3 tanıx bilə uç etkəy könülükk, törə bilə, 2 ya 3 tanıx bilə toxtalğandır barça iş. Da kimninq tanıxı bolmağay, ant bilə 1 yartın, kimninq üstnə tüşsə, uç etkəy.

Tiyişlidir yarğucığa ki, törəni yalxız etməgəy, yoxsa köplər bilə, egər yoluxmasa, 2 ya 3 yaxşı u bilici adəmilər bilə etkəy törəni. Necik törəgə kelgənlərgə 2 ya 3 tanıx kerəktir, ol türlü yarğucılarğa, anınq üçün ki, törə toğru bolur toxtağan adəmilər bilə tanпxlıxta. Bu övrəncik burun Rımalılarda bar edi ki, 72 adam dayma saxışta edilər barça türlü işlər üçün. 72 adam anınq üşün tüzdülər ki, barça adəmilər bağınğaylar ki, 72 millətninq usluluqu alardadпr. Yoxsa emdi 12 yarğucu toxtattılar, 12 arakellərgə oxşaş, tügəl ki, köp yarğucılarnınq tergəməkindən könülür törə, yoxsa, köplərninq tanıxlıxı bilə könülüp, xorxulu körünür törə.

Dağı da Xaxanlıxta 3 törəçi xoyarlar, alay ox Vrasdunda, Xaxanlıxtan övrənip, surp Errortut iunnunq atına da tanıxlarnınq sanına. Biz də munqar biyənirbiz ki, 3 yarğucu bolğay, zera mundan artıx küctür tapulmağa barça yerdə. Dağı da axpaştır burungi yarğucu, 2 ya 3 axıllı adəmilər tutkay xatına, da alay etkəy

yarğunu, tügül ki, alar tanıx bolğaylar könülükkə, yoxsa axpaş kendi də alardan üvrəngəy yarğunu.

Tiyəsidir yarğucılarğa ertə u kecə sarnamağa Eski u Yənqi Törəni da Törə bitikini da eskə almağa barça millətninq da esli adəmilərninq yazğanın. Tiyəsidir yarğucularğa barça tarbiyatı bilə yaxşı bolmağa, da törə saxlağay, da artıxsı ki, öcəş bolmağay, da xılıxı bilə paxil bolmağay barça vaxtta, artıxsı yarğu vaxtına ki,

yarğuğa kelgənlərninq könqülləri çiy bolmağay, da saxışlamağaylar ki, paxilliktən ya öcəşməktən toğru bolmadı yarğu. Uzun es bilə tözümlü bolmax kerək yarğuclar, zera köp kez yoluxur ki, küc bilə taparlar a yavitşa bolmastır yarğu. Yoxesə tözümlük bilə, da kün berip, özgə çaxta yaxşı tergəp, da xaytıp ündəgəylər allarına, da uç etkəylər. Egər ki yarğuğa kelgənlər talaş etsələr, xoymağaylar biri birinə tüşməgə, öcдşip ögütləgəylər ki, törə alnına xalaba bolmağay da yarğu xapanel bolmağay. Bilsinlər zaxodcalar da ki, kelməslərdir yarğu alnına talaş etməgə, yoxsa könülük bilə spravovatsşa bolmağa. Yergə bilə bergəylər sözləməgə zaxoccalarğa, 1-i sözləsə, 1-si tek turğay, sonqra birsi sözləgəy ki, alarnınq gilelərini işitip bilgəylər könünü egrini da andan sonqra yarğusun etkəylər.

Dağı da yarğucu saxlanmaq kerək kendi xullarından: bardır anınq kibiklər ki, yarğuda sözlövüçüdürlər orunc bilə, zera övrənciktir yarğuğa kelgənlərgə, yapux orunc berip ki, kendiləri sartın sözləgəylər. Bolmağay ki, alarnınq ustat sözlərindən aldanğay yarğucu da egri etkəy yarğunu. Aldamasız yarğu Tenqrininqdir, ol ki, yapuxnu acıxnı köriyir, a dünya adəmilərinə yoluxur yanqılmaxlıx. Dayma kimsə anqar yamanlamasın, kim ki erksiz yanqılır. A kim ki erki bilə egri etər yarğunu, kendi borclu xalır köktəgi yarğucuğa. Bolmağay ki, öktəmləngəy yarğucu ya kimsəni heç körgəy, alay bilsin ki, 1-dir yarğucu Tenqri, xaysınınq alnına kensi də turasıdır yarğuğa.

Tiyişlidir yarğucununq ki, zındanı bolğay, kim ki egri bolsa, zındanğa salğay ki, ögütləngəylər, ne türlü Krisdos buyurur Awedaranda ki, deçkiy salır zındanğa, anğınca ki, tölöv etkəy.

Dağı da 2 adamnınq arasпna xalaba u dəvi bolğay, Krisdos kendi ögüt berir, yarğuğa barmıyın, yolda barışmağa ki, nemə arada hağarağlıq bolmağay. Yaraşmastır Krisdosnunq xullarına ki, əvəldən sağış etkəy yalğan sözləməgə, zera kim ki yalğan sözlər, şaytanıпnq oğlu ündəlir. Ne türlü Krisdos buyurur, kim ki yalğan sözlər, kendilərindən sözlər, zera yalğandır, anпnq atası da şaytandır. Da tas etər alarnı Tenqri, kimlər ki sözlər yalğan, da yalğanlıx bilə barmanqız biri birinqiz bilə, yoxsa sözləşinqiz könülük bilə, barça xardaş kendi Tenqri bilə. Yarasmastır krisdanlarğa ki, söz bilə ulama kləgəy yarğuda, ya yıxmağa kləgəy sınqarını anınq yanqılıp sözləgəni bilə, zera yazğandır, kim kimgə çuğur xazsa kendi tüşər. Tenqrigə inanğan krisdanlarğa tiyməstir egirlik bilə yenqməxni sövməgə yarğuda, egər ki yenqsə, kendi canını zrgel etər, a egər yenqilsə, uyat tartar.

Kimsə turğuzmasın yalğan tanıxlar, kləp sınqarınınq tirlikin egirlik bilə almağa, zera heçtir Tenqrininq alnına yalğançı. Ne bir kez kimsə yalğa tutmağay sözlüvüçü adamnı yarğuda, da yalğanlıx bilə yenqgəy könünü. Kimsə orunc berməsin yarğucığa da sınqarпnınq igilikin damahlik bilə almasın, zera damahliktən barça yaman ilgəri kelir. Tiyişsizdir mahalədə u el arasına ant içməgə angınca ki, yarğucu buyurmıyın yarğuda. Buyurur Krisdos ki, heç nemə üçün ant içmə, zera barça kerəkməs u boş sözlər üçün adəmilər cuvap bersərlər yarğu

kününə. Tiyişlidir xaytıp munu da sağışlamağa ki, yaxşıraxtır bu dünyaninq yarğusuna kimsəninq igilikin egirlik bilə alğaylar, sövük bilə yöpsünməx kerək da kendininq canınınq xutulmaxı üçün, ne ki özgəninq egirlik bilə algınça da köktəgi Tenqrininq yarğusu alnına tölöv etkincə.

Xaçan ki kləsələr barmağa yarğu alnına, əvəl alğış bilə Tenqridən xoltxa etməgə kerək, egər erki bolsa Tenqrininq, da könülük bilə yenqsə, da aslamlı bolsa, törəni utup, Tenqrigə yügünməx kerək, zera ol berir usluluqnu, egər ki Tenqri yapuxnu bilici çıxara bergəy kimsəni yazıxına körə ki, egri adam könünü yenqgəy da igilikin alğay, ol adam xayğurmasın, yoxsa Tenqrigə şükür bersin, umsasın Tenqrigə xoyup ki, dağı yaxşı tölövgə yetkəy Tenqri alnına, da Tenqrigə xoyğay öc almaxnı.

7. Dağı da tanıxlar üçün ki, ne türlüdür alarnınq könülükləri ya ne üçün eki ya üç kerək.

Tiyəsidir ki, tanıxlar bilə bolğay yarğu, zera yarğuğa kelgənlərninq köp sözləgənlərin tanıxlar bilə uç etər yarğucı. Egər ki eslərinə alsalar edi arakellərninq ari boyruxun, ki aytпr: «yalğız kensinqə yaxşı kləmə, yoxsa sıqarıqa da».

Anınq üçün bolmas yarğucu inanmağa, tanıxlar kelmiyin; da yarğuğa kelgənlərninq, xaysı ki zaxoccadır, könü tanıxlar bilətıyılır, da törə toğru körünür. Da könülüki tanпxlarnınq yaxşı kişilərdən belgilidir ki, orunc alıp kelməgəylər, da könülük alnına yalğan sözləməgəy, ya egər ki uruğu bolgay kimsəninq da kelip tanıxlıx bergəy, da bilsələr ki, könü kişidir, tanıxlпxın tutkaylar. Da ol ki aytır, 2 da üç könü tanıx bolmax kerək, oxşar günəşkə da ayğa ki, köktə könü tanıxlardır Tenqrininq. Da 2-inci, tanıxlarnınq könülüki, yaşı bilə tügəl bolğay ya xart kişi bolğay. Xaytıp tiyəsidir adamnınq yılların u zəmanəsininq hörmətini körgüzməgə: 3 yaşar oğlan tilgə çıxar, 7 yaşar bitik övrənir, 14 yaşına adəmiliki teprənir, 20 yaşına zinavor bolur biylər eşikinə, 25 yaşına kahana bolur. Manqa da bulay körünür ki, 25 yaşında adəmininq tanıxlıxın tutmax kerək. Xaçan ki Tenqrininq alnına könüdür 25 yaşına kahananınq tanıxlıxı joğovurt üçün, dağın artıxsı könüdür 25 yaşına aşxarhagannınq tanıxlıxı törədə. A egər ki yoluxsa, bir

tanıx tügəl adam bolğay da birsi igit, anı da tutmax kerək. A egдr ki 2-si igit bolğay da biri xart ya 3 igit bolğay, ol tanıxlıxnı da tutmax kerək. Dağı da dinsizlərninq tanıxlıxı Keçməstir krisdanlar üstünə, necə köp bolsalar da, egər ki könü də aytsalar. Ne türlü ki Krisdos yöpsünmədi devlərninq tanıxlıxın, xaçan ki anı Tenqri Oğlu aytırlar edi. Alay ox hercovacoğlarnınq tanıxləxı keçməstir krisdanlar üstünə, xaçan ki krisdanlikkə toğru dügüllər, bizgə ne türlü bolurlar könü bolmağa tanıxlıxta? A egər ki anınqki iş yoluxsa hercovacoğlar üstünə, bolurlar kendiləri biri biri üstünə tanıxlıx berməgə.

Dağı da tiyməs xatпn kişininq tanпxlпxın tutmağa, tek sözün işitməgə. Ne türlü Krisdosnunq jarutiununa: ari xatunlar, körüp, sövünclük berdilər arakellərgə, da arakellər toxtattılar Krisdosnunq könü surp jarutiunın. A nemə anınqki iş yoluxsa, da xatın kişilər körgəy anı, da yaxşı hörmətli xatпnlar bolğay, necik er kişininq 2-3 tanпxlıxxı keçər, alay ox hörmətli xatınlardan 2 ança – 4 ya 6, yoxsa kelməgəylər törə alnına, övlərinə tanıxlıx bergəylər ol xadar yaxşı u hörmətli adəmilərgə, ne xadar kendiləridir, da alar, kelip, tanıxlıx bergəylər törə alnına. Anınq üçün ki ne türlü tiyməs xatın kişigə kahana bolmağa ya jolner, ne borla basmağa, ne kebittə olturmağa, ne er kişininq tonun kiyməgə, ol türlü tiyməs alarğa törədə olturmağa, ne tanıxlıx berməgə. Bu işkə utru aytmağay ki, köp xatınlar, xanların töküp, da Krisdoska tanıx boldılər, zera mardiroslux tanпxlıxı özgədir, da adəmilər tanıxlıxı dağın bir türlüdür, evet köp xatпnlar xıynaldılar, da

Tenqrigə arzani boldılar, da adəmilərdən hörmətləndilər. Anınq üçün ki xatın kişininq tarbiyatı sır saxlamas, ne tanıxlıxı keçməs. Evet ki xatın kişilərninq xatın kişilərninq üsnə keçər tanıxlıx, alay ox xatın kişilərninq er kişilər üstünə 6 da 4, necik yazıpbiz yoğarı. Kimsə bu tanıxlıxnı ağırsınmasın, tügül yalğız tügəl adəmilər tanıxlar boldı Krisdos üçün, yoxesə oğlanlar da, necik Petğeğemninq oğlancıxları, dağı da surp Sdepanos igit vaxtında, dağı da köplər bularğa oxşaş.

Dağı da aytalıq ki, ne üçün 2 ya 3 bolmax kerək tanıx. 2 ya 3 dügəl ki, köplərgə utrudur, körgüzür ki, necə köp bolsa, ança igidir, egər ki bolmasa 2 ya 3, mundan eksik bolmağay, zera 1 adamğa asanttır ki, büxtan aytkay kimsəninq üstünə, a 2, 3 adam bolmastır, zera biri kləsə, birsi kləməs. Da yarğucu kerək es xoyğay igi tanıxlarğa ki, biri birinə sözləri oxşaş kelgəy ki, oxşaşsız bolmağay, necik alarnınq sözləri bir edi ki, Krisdos üçün xanların töktülər, alay oxşaş bolsa, 2-sininq, ya 3-sününq tanıxlıxları könüdür. Da egər tapulur esə bu bitiktə ki, köplər, yalğanlıx bilə birlənip, da yalğan tanıxlıx bilə yamanlıxnı uçka çıxarırlar, necik Napeutnunq Eski Törədə da surp Sdepannosnunq Yənqidə, bu işlər yalğan tanıxlarnınq yamanlıxı bilə edi. Yoxesə bolmaslardпr hər kez zraccalıx etməgə. A 2 da 3 könüdür, necik ki, Tenqridən buyuruldı. Zera Movsesninq törəsininq berilgəninə Tenqridən Ovr, da Aharon, da Esu tanıxtırlar. A Sinay tağda Tenqrininq engəninə burxular avazı, da bulut, da xaranxulux, da ot tanıxtırlar. Da Krisdosnınq toğganına friştələr, da 3 xan, da xoyçılar ta nıxtırlar. A Krisdosnunq 40 könlük kelgəninə dacarğa surp Simeon u Anna markareuhi, da eşikninq açılğanı tanıxtır.

Krisdosnu Yekibdoska xaçırğanda friştə da bolvanlarnınq uşaalğanı tanıxtпr. Da Krisdosnunq mgrdutiununa Ata Tenqri u Ari Can, da surp Jovannes tanıxtırlar. Da Tapor tağda 2 markare da 3 arakel tanıxtırlar Tenqrilikinə. Tantrlar Krisdosnunq barca türlü skançeliklər. Krisdos ki xaç üstünə edi, günəşninq xaranqxuluxu u yerninq teprənməki, (da taşlarnınq çatlanmaxı), da xanı u suvu Krisdosnınq xabırxasından çıxtı, dağı da özgə skançeliklər tanıxtırlar. Da surp arutiununa Krisdosnunq friştələr u kerezmanınnq taşı ki, açıldı, da kefini, da arakellər, da ari xatınlar, da storojlar tanıxtr. Dağı da hamparcumında friştələr u arakellər u əvəldən markarelər tanıxtır.

A egər ki 1 könü tanıxnınq tanıxlıxı da könü esə, həlbət, toxtalğan dügüldür, ne türlü ki Krisdos aytır edi cuvutlarğa: «Siz yeberdinqiz Ovaneskə, da ol tanıxlıx berdi könülük üçün, da inanmadnqız. Da menim tanıxlıxım bardır dağın ulu, ne ki Ovannes, ol xılınmaqnı, xaysın ki berdi manqa Atam. Xaytıp aytırmen, tanıxlıx berimen Menim üçün, da tanıxlıx berir Menim üçün Atam, da sizinq törənqizgə də yazğandır ki, 2 adamnınq tanıxlıxı könüdür». A bir adam tanıxlıx bersə kendi üçün, tügəl dügüldür. Ne türlü ki ayttılar Krisdoska cuhutlar ki, Sen Seninq boyunq üçün tanıxlıx berisen. Könüsün ki, Krisdosnınq tanıxlxı könü edi,

da alar aytırlar edi ki, könü dügüldür. Anınq üçün Ata Tenqrini, da surp Ovannesni tanıx keltirdi Krisdos, da surp arakellərni, bu türlü aytпp: «Bolğaysiz Manqa tanıx Erusağemdə u Samariada, dünyaninq xırığına». Bu türlü Bedros, işitip Tapor tağda Ata Tenqrininq avazın Krisdos üstünə, aytır edi, tanıxlıx berip ki, bu avaznı biz könü işittik, xaçan ki birgəsinə edik ari tağda. Dağın alıp tanıxlıxka markarelərni, aytıp alay ki, tutarbiz toxtalğan aytkanların markarelərninq. Ol türlü könüsün tanıxlıx berir edi Johanes Awedaraniç: «Həlbəttə 3 türlü ki tanıxlıx berirlər Krisdos üçün: Can u suv u xan». Mundan övrəndi yıxöv ganonki ki, tanıxlıxsız alğışlamağaylar axpaş. Da arakellər də tanıxlıx bitiki bilə yeberirlər edi aşağerdlərin.

2 türlüdür tanıxlıxnınq oxşaş, xaysı ki tiyəsidir tanıxlarğa ki, heç etməgəylər körməkni ya işitməkni, yoxsa könülük bilə toxtatıp, da sonqra tanıxlıx berilgəy. Ol türlü yarğucı da törə etkən vax-tında, könüsün sorov etip, işitkəy tanıxlardan ki, nemə zavada bolmağay yarğu arasına.

8. Dağı da ant üçün ki, ne türlü kerək ant içməgə.

Tügül ki boyrux berip aytırbiz, yoxsa övrəniptirlar yaman antlar içməgə, anınqkibiklərgə törə u qanunk toxtatırbiz.

Ulu xorxulu buyruxun Tenqrininq köriyirbiz emdigi vaxtta adəmilərninq ayax tibinə, zera asrı artıptır heç nemə üçün ant içmək, xaysın ki Biyimiz Krisdos buyuruptur ki, heç ne bir kez də ant içməgəylər, bügün köriyirbiz, sahal iş üçün da heç nemə üçün mahalədə u hezem arasına u talaşkanda asrı yaramas antlar içərlər, tügül oğlanlar, yoxsa xartlar da, tügül aşxarağanlar, yoxsa köp kez kahanalar da. Da xaçan ki yarğu işi yoluxsa aralarına, tözməslərdir yarğu alnına barğınça ya yarğucı buyurğınca, talaş arasına, barırda yarğuçığa köp kez antlar içərlər xorxulu antlar bilə, da xaçan kelsələr yarğuğa da yarğuçu buyursa könülük üçün ant, da ol çaxta utru bolurlar ki, barça dünyaninq aslamı üçün ant içmənbiz, da klərlər munınqki sözlər bilə ki, kendi kendilərin törə saxlovucu körgüzgəylər. Da kimsə tabalasa ki, törədən burun nek antlar içər edinqiz?– «Anınq üçün ki, inanmaslar edi bizgə»,– da pambasel etərlər Krisdosnunq törəsin ki, ne üçün buyurmadı ant içməgə? Oxşarlar anınqkibiklər soxurlarğa ki, soxurnunq körməkliki xarmalamaxtır. Anınqkibiklərgə bolur aytmağa ki, Krisdos xoymadı çarəsiz törə, yoxesə çarəli. Egər ki çarəsiz iş bolsa edi, törə xoymas edi ki, barça kendininq ari vartabedliki bilə ol türlü bu yergəni da bu türlü klədi ki, biz könü krisdanlar bolğaybiz, ol türlü heç kerək bolmağay bizgə ant içmək bizim könü u toğru teprənişimiz üçün. A egər ki aytsalar: «Çarə yoxtur, ant içmiyin»,– bu iş andan belgilidir ki, Tenqri Aprahamğa ant içti friştədən ötləş da aytıp: «Menim boyumdan ant içərmen». Da Apraham xuluna berdi ant. Xaytıp ant içti Tenqri Tavitkə könülük bilə, dağı munqar oxşaş işlər. Da arakəl ant içti, aytıp: «bazıp sizgə ant işərmen, xardaşlar». Xanlar da könülük üçün ant içərlər, alay ox ulu biylər ki, toxtalğay ki, tiyişlidir ant içməx, artıxsı yarğuda.

Xaytp, megnel etərmen Tenqrininq antını. Övrətir bizni arakəl, aytıp: barça utru bolğan adəmilərgə biri birinə toxtalğan işninq ucu anttır, xaysın ki klədi Tenqri, 2 teşkirilməs neməni ortada xoyup, ant bilə da kendi boyından ant içmək bilə, tutunur alğışnı berməgə. Da aytkanımız bu türlüdür ki, adəmilərgə u artıxsı xanlarğa övrənciktir ant içmək kendi boylarından, xaysı bilə ki, tügəllikin işninq möhürlərlər, ol türlü Tenqri də bu oxşa işni boyına aldı dügül ant içmək bilə, yoxesə körgüzmək bilə ki, adəmilər ant bilə kendilərininq işlərin toxtatırlar. Ol türlü Tenqrininq tutunmaxı da yalğansızdır. Xaytıp aldı Tenqri adəmininq tarbiyatın [tügül ki, Tenqri adam tarbiyatın] alıp da bizim övrəncikimizgə tüşti. Yoxesə, bizim övrəncikimizni körüp, övrətti bizni yaxşı xılınmaxka. Ol türlü Aprahamnınq da törə bilədir ki, xoydu xulu üsnə tanıxlıx üçün. Ol türlü Tenqri Noy vaxtına kendi yayını tutundı xoymağa köktə tanıxlıx üçün ki, dünyüğa şağavatlımen.

Klərmen aytma ki, ne türlü bolur ant içmək.

2 türlü orinağdır ant: biri xosdovanutiundur, birsi dinini tanmaxtпr. Din tanmaqnınq antı budur ki, xoyğay xolunu xaç üstünə ya yıxöv üstünə da hrajarel bolğay ari yöxövdən; ya aytkay alay: kendi krisdan dügül, egər ol iş alay tügül esə. Kim bu türlü ant içsə, alay tut ki, dinin tandı, xaysı ki tiyməstir krisdan kişigə munınqki antnı üstünə kötürməgə, egər ki ölümgə də keltirsələr ya övün buzmağa kləsələr. Xaytıp xosdovanutiun antı budur ki, xoyğay xolunu xaç, ya Avedaran, ya yöxöv üstünə da bilgəy ki, Tenqri yapuxnu bilicidir, da aytkay: «Bilir Tenqri, da bu xaç u Avedaran u surp yöxöv ki, könüdür aytkanım»,– da aytkay alay ki, bularnınq

hörməti u zorku üçün ki, yalğan aytman,– bu türlü ant xosdovanutiundur, xaçan ki Tenqrini yapux bilici aytır, Avedarannı Krisdosnınq sözü aytır, da yöxövni Krisdosnınq övün aytır. Da xaçan ki kimsə kləsə ant içməgə, xosdovanutiun ant içkəy, bolmağay ki, kimsə dinin tanmax antın içkəy, munu ögüt berip aytırmen, boyrux berməndir. Egər ki dəvikarlar 2-si də krisdan bolsa, biri birinə utru bolup, da din tanmax antını kləgəy berməgə, yarğuçu sürgəy alnından da berməgəy ol antnı içməgə angınca ki, poşumanlıxka kelgəylər, xosdovanutiun antın bergəylər. Bolmağay ki, tezindən yarğucu antka salğay, əvəldən yarğucı cəht etmək kerək ki, antsız yarğuğa uç etkəy; a egər ki bolmasa çarə anttan başxa uç etməgə, ol vaxtta yarucu əvəldən övrətkəy ki, ne türlü tiyər ant içməgə da ne türlü ağırdır antnınq pokutası, da andan sonqra buyurğay antnпı. Dağı da bolmağay ki, az nemə üçün ant bolğay, zera egər dünyaninq igilikin də bersələr edi, tiyməs edi ant

içməgə. Egər ki haqarağ bolğaylar ki, yarlıbiz, da anınq üçün kləgəy ant içməgə, tiyəsidir ki, buyurğaylar, borcnunq yarımın tölöv etkəy da ant içməgəy. A egər ki bolmasa tölöv etməgə yarımsın da aytkay ki, ant iərrmen da ludzѕun tartarmen, andan yarucununq nemə yazıxı yox. A egər ki bolmasa 10 altın, ya 20, ya dağın artıx, alay ox tiyməstir tercə ant berməgə, zera ağır iştir. Kün bergəylər da keciktirgəylər, şahat ki, poşman bolup, biri birinə tölöv etkəylər.

Dağı da aytırmen sizgə ki, kimgə tiyər antnı berməgə.

Barça yarğuda ermenininq, kimninq tanıxları bolsa, tiyməstir ant, a kimninq ki tanıxı bolmasa, anqar tiyər ant içməgə.  Egər kimsə kimsəni yarğuğa tartsa ya borc üçün, ya özgə nemə üçün da kendininq tanıxı bolmağay, ne anınq kimni ki, yarğuğa tartsa, tiyməstir anqar ant, kim ki tutup keltirdi, yoxsa anqar tiyər, kimni

tutup keltirdilər, egər könü kişi esə. Egər ki yarğucı bilsə ki, egirlik bilə kliyir ant içməgə ya ol kliyir egirlik bilə ant berməgə, kerəktir yarğucu xoymağay ki, egirlik bolmağay. A egər ki kimsə tutulsa oğurluxta, ya itliktə, ya adam öldürməxtə, ya xaraxçılıxta, da alani bolmağay ol yaman iş ya liçası, da, kim ki tutup keltirdi, tanıxı bolmağay, tiyəsidir anqar antnı berməgə, kim ki üstünə foldrovat etkəy, zera anınqkibik yamanlıx xılınğanlar antnı neməgə tutmaslar. A egər ki bu yaman xılınğanlar törəninq alnına avaz bilə aytsalar ki, da biz bu işnınq içinə dügülbiz, da yalğandır, bu iş bizim üstümüzgə də büxtandır, da ne artımızğa, da

ne alnımızğa bar, yarğucılar, körüp alarnınq toğru sözlərini ki, ne artına, ne alnına, ne liçası yoxtur, antnı buyurğaylar alarğa da xutxarğaylar ölümdən.

Dağı da aytırbiz ki, kimgə tiyər ant içməgə.

Necik ki yazıpbiz yoğarı tanıxlar üçün ki, Kimgə tiyər tanıxlıx berməgə, ol türlü yazarbiz munda ki, anınq kibiklərgə tiyəsidir ant içməgə, adam ki, bolğay 25 yaşına. Oğlanğa tiyməs ant, zera latası yoxtur. xartka tiyməstir, zera ki ölümgə yuvuxtur. Xastağa tiyməstir: ölümü alnınadır. Dağı da luc bergəngə tiyməstir ant, anınq üçün ki yazıxnı yazıx üstünə xoymağay. Ol türlü marabedlərgə, yənə 2 canlı xatınğa tiyməstir ant içməgə. Dağı da tiyməstir ant tamğaçığa, ne cimrigə, da barça alani yazıxlılarğa anğınca ki, xaytkaylar yazıxlarından, ne kimsə alarnınq tanıxlıxın tutmagay. Da ol ki, əvəldən ayttıq ki, tiyməstir alarğa ant içməgə. A egər bolsa alarnınq atası, xardaşı ya oğlu, alar ant içkəylər. Da xatın kişilərninq anası, ya er, ya xız xardası, ya xaysı yovuxu, alar ant içkəy biri biri üçün da yüktən tartkay, yöpsünməxninqdir. Dağı da yazarbiz apeğalar, u mələzlər, u kahanalar üçün ki, törə alnına kelməgəylər ki, ant içməx işi bolmağay, a egər törə işi bolsa, tiyişlidir alarnınq xardaşları ya yovuxları kelgəylər törə alnına. A egər ki ant tüşsə kahana üstünə, kerək ki, yovuxu ant içkəy, anınq üçün ki tiyməstir kahanağa aşxarhağan törəsi alnına barmağa, ne ant içməgə. A egər kahanalarnınq yaxşı kişiləri tanıxları bolğay, alarnınq tanıxlıxпı tutmax kerək törəçilər ki, alarnınq yovuxları ant içməgəy.

Dağı da Mikakel vartabed yazar antnınq lucu üstünə ki, burungi ari atalar antnınq lucun asrı ağır xoyupturlar, neçə törə bitikini tüzmiyirlər edi. Xaçan ki Tenqrininq erki boldı ki, bu Törə bitikini tüzdük, yenqillətik antnınq lucun. Egər ki törədən kimsəgə ant buyurğaylar, da ol ant ulu iş üçün u köp nemə üçün bolğay, da könüsün bolğay, da xosdovanutiun antın içkəy, 3 yıl luc xoyğay axpaş ol adamnınq üsnə, zera oldur yarğucu. A egər özgə yarğucı törə bilə ant bersə kimsəgə, ol adam, ki ant içti, barğay bilici vartabedgə ki ol bergəy anqar lucunu. A egər kimsə yalğanlıx bilə xosdovanutiun antın içsə, buyurur ki, 7 yıl luc tartkay, da baxkaylar törəçilər u bitikçilдr ol tirlikni ki, ne üçün ant içti yalğan. A egər az nemə esə da köp nemə dügül esə, buyurğaylar yarlılarğa üləşməgə. A kimsə ki din tanmax antın içsə, egər könü, egər yalğan, luc tartmaqı ölüm kününə dirə bolğay, zera bu işkə tiyməstir tözməgə. Evet ki vartabedlərninq erkinədir da boyruxuna, xaysı ki Tenqridən alarğa beriniptir, da ne türlü alarğa körünsə, ol türlü etkəylər.

9. Dağı da yazar vartabed ki, biz krisdanlarğa tiyməstir dinsizlərninq törəsi alnna barmağa, anınq üçün ki, Ata Oğul Ari Canğa inanmaslar.

Alanidir barçasına ki, keri bolmaxı krisdanlarınq dinsizlərdən, boyruxu bilə Boğos arakelninq ki, ne birliki bardır yarıxnınq xaranqğulux bilə, ya ne ülüşü bar krisdanlarnınq dinsizlər bilə? Dağın özgə işlər, xaysın ki buyurur arakəl, xaysından ki, övrənip bilirbiz, köp türlü iş bilə dinsizlər yıraxtır krisdanlardan: vaxt bilə nalətləmə oğul aytпr, da vaxt bilə xaranqğulux oğulu ki, Krisdostan işitip, zera Krisdos buyurur: «kim ki inanmas Tenqri Oğluna, körüp körmisər Köktəgi menqi tirlikni, yoxsa Tenqrininq öcəşməki xalsar anınq üstünə». Xaytıp aytır dağı da: «kim toğmasa suvdan u Ari Candan, ol bolmas uçmaxka kirməgə». Dağı da Ohanes Awedaraniç aytır: «kim ki Yisus Krisdosnunq kelgənin teni bilə inanmasa, ol bularğandır da nerdir». Da markarelər alarnı, kimlər ki könü dindən Yıraxlanıptırlar, alarnı alay tutarlar, necik dinsizlərni da bolvanğa inanğanlarnı. Dağı da arakəl aytır, övrətip bizni ki, tiyməstir biz krisdвnlarğa dinsizlərninq törəsi alnına barmağa, zera dinsizlər kendilərininq törəsi bilə etər yarğunu. Egər ki əvəldən törəni aldılar esə Movsestən, da emdi köp tьrlь yaman işlər bilə xılınırlar kendilərininq erkləri bilə, yalğan tanıxlar bilə, egri yarğucılar bilə, aldovucu reçniklər bilə, xorxusuz antlar bilə. Salırmen alarnınq artıxsı yamanlıxın aytmağa. Xaçan ki alar dinsiz törələri bilə da yaman xılınğanları bilə bu xadar yıraxtırlar bizdən, ne türlü alarnınq törəsinə könülük tapulğay, ne türlü krisdan törəsinə, xaçan ki Tenqri Oğlun Tenqri tapunmaslar? Yoxsa biz, ermeni dayfası, Krisdoska inanпrbiz da ayırılıpbiz krisdanlikimiz bilə cuhutlardan, u barça dinsizlərdən, da hercovacoğ heridiqoslardan. Tiyəsidir Bizgə könü törəmiz bilə barmağa ki, biz Ata Oğul Ari Canğa bir Tenqri tapunurbiz, bir tarbiyatta, u bir Tenqriliktə, [da 1 xanlıxta], u bir xuvatta, da 1 haybatlıqta. Da Tenqrininq Oğlun inanırbiz könü Tenqri ki, boldı könü adam ayırılmas Atadan u Ari Cannınq birlikindən menqi menqilik. Da ne türlü yaxşı krisdanlar cəht etərbiz yaxşılıxnı xılınmağa, a egər ki aldansaq nemə bilə bu dünyaninq yazıxı bilə, öktəmlik etmiyin, xosdovanel bolurbiz, lucumuznu tartıp, inanırbiz boşatlıxka, da egər ki, yanqılsaq biri birimizgə da kek bolsa yürəkimizgə, sövük bilə boşatırbiz biri birimizgə. Dağı da ne türlü ayrılıpbiz alardan xosdovanutiunımız bilə, dinimiz bilə, ol türlü tiyəsidir törəmiz bilə keri bolmağa alardan, zera bizim törəmiz tiyəsidir ki, könülük bilə, toğruluq bilə, oruncsuz bolğay, dügül yalğan tanıx bilə, ya aldovucu reçnik bilə, ya keçmislərninq canın zrgel etmək bilə, ya jaranksızlarıınq canın ülüşsüz çıxarmax bilə alarnınq can ülüşündən. Da dinsizlərninq törəsindən bu barça yaxşılıx yıraxtır. Xaçan ki bu türlü yıraxtır dinsizlərninq törəsi krisdanliktən, tiyməstir barmağa krisdanlarğa alarnınq törəsinə. A kim ki, essizlik etip, barsa, köp yamanlıxka səbəp bolur bizim üçün da bizim törдmiz üçün. A kimlər ki bu

işni etərlər ki, xoyup bizim törəmizni, da alarğa barğay, tügəllənir alarnınq üstünə aytkanı Tenqrininq markaredən ötləş: «vay sizgə ki, menim atım sizinq üçün sökülür dinsizlər arasına!» Xaysı ki tiyəsizdir krisdanlarğa yalğan iş üçün barmağa özgə millətninq törəsinə yenqməgə könülüknü. Yoxsa krisdanlar krisdanlar törəsinə barmax kerək, egər ki bilsə, krisdan törəsinə egirlik tə bolsa, Tenqridən alğay tölövün.

10. Dağı da yazar vartabed k,i xaysı bitiklərdən ya xaysı millətlərdən yığıp yazıpbiz bu törələrni.

Xaysı bilə ki belgilidir bizim könülükümüz, tiyəsidir körgüzməgə ki, xaysı bitiklərdən ya xaysı millətlərdən yığıpbiz bu törələrni ki, könülük belgili bolğay da kimsə 2 könqüllü bolmağay, sağışlap ki, biz bizim esimizdən çıxarıpbiz bu törələrni.

Əvəldən, könülük köründi bizgə Eski Törədən almağa, xaysın ki tutar edilər nahabedlər, Apraham u dağın özgələr, bulardan sonqra dinsizlər də bu törəni tutarlar edi da törə etərlər edi itlik etkənlərgə, oğullarğa da adamnı öldürgənlərgə.

2-inçi, alıpbiz barça krisdənlardan neçik bizim xardaşlarımızdan. xaysпn ki işittik u kördük yaxşı törələrni, yığdıq da yazdıq. Dağı da aldıq Asduvacaşunxtan, 2-inçi törədən, dağı da özgə bitiklərdən, xaysıları ki könüsün Tenqrininq törələridir, xaysın ki Tenqri buyurur ki, budur törə, din u tanıxlıx, xaysın ki Men sizgə buyurdum.

3-ünçi, ğanonk bitiklərindən, zera anda da taptım küçlü u alani törələr köp yerdə. 4-ünçü, aldıq barça bitiklərdən Eski u Yənqi Törədən, zera barça bitiklər nedir – ögüt u törədir can u ten sartın yarğularnınq.

Xaytıp tiyəsidir bilməgə ki, tügülüdür yalqız bu Törə bitiki, xaysın ki hali yazıyırbiz, tügül yalqız mendən bolğay tügəllənməki munqar, zera oxşaşı bar ğanonkka, ne türlü ki, ğanonk birdən yazılmadı, a ne bir yerdə, a ne bir adamdan, yoxsa az – az yazıldı, əvəl arakellərdən, sonqra Niqiada, sonqra Puzandiada, andan sonqra Epesosta, alay ox bu Törə bitiki. Əvəl başlanmaqı mununq bizdən boldı, da bizdən sonqra kerək ki, az – az yazılğay da tügəl bolğay, zera qanonktan boyruxtur, yılda 3 kez joqovk bolğay, da tergöv etkəylər, egər ki dünyada nema yanqi badiyət çıxıp esə, ani barça baxıp, ari atalar artıxsılıxnı keri salğaylar da toğru yolğa keltirgəylər. Bu türlü tiyəsidir bilmağa yarqu bitiklərinə: necə ki yənqi nema törə yoluxsa, da tergəp, uslular baxkaylar toğru esə, yazğaylar ani da bu bitiktə. Egər ki kimsə es yoxsa, tapar barça ari bitiklərdə bu türlü ki, az – az ilgəri kelip tügəlləniptir.

Ne türlü Ararack bitiki Movsestən tügül ki birdən yazıldı, alay ox 12 markarelər dügül ki bir zamanda yazıldı ya 1 adamdan, alay ox barça markarelər. Bu türlü surp Avedaranlar da tügül ki, bir zamanda yazıldı, ya 1 – indən, hər biri yazdı kendi vaxtı bilə, ol türlü bitikləri Boğos arakelininq. Dağı da köp bitiklər ari atalardan u vardapetlərdən yazıldı kendiləri vaxtına. Bu türlü orinaq bilə bu bitikni də biz başladıq yazmağa. Egər bizdən az – az ilgəri kelip yazıldı esə, emdi də egər köplərdən yazılsa özgə vaxtlarda, nema eksiklik tügüldür, yoxesə tek toğru törə bolsun ki, barça yaxşılar biyəngəylər də mununq eksikin tügəlləgəylər.

Русский перевод

(Автор перевода: А. Гаркавец)

Пятое, что такое суд, на кого возлагается суд, или кому следует вверять суд.

Кем же определено само понятие «суд»? Что такое суд, сначала определено Богом, затем пророками. Суд значит расследование любых дел. Есть три типа поведения людей в мире: хорошее, плохое и среднее. Для людей, которые заведомо добры и никого не обижают, суд не нужен. А которые воры, или разбойники, или душегубы, их дело гиблое. А суд надлежит людям средним, у которых есть тяжбы. Как Соломон мудро расследовал и вынес приговор по делу двух женщин, так и пророк Даниил мудро рассудил тяжбу двух старейшин и Сусанны. И Христос в час своего второго пришествия скажет истинно праведным, находящимся по правую сторону: «Придите, благословенные Отца Моего», – а затем скажет отъявленным грешникам, стоящим по левую сторону: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный».

Из этого ясно, что суд надлежит средним, средние же – это те, которые раскаиваются и искупают свои грехи; Бог соизмеряет их грехи и покаяние, и у кого грех преобладает, тот дает ответ. Так же предписано поступать и в земном суде.

Судье надлежит быть грамотным, мудрым, умным, он должен хорошо понимать силу священного писания, а также хорошо знать все особенности человеческой натуры, чтобы судить справедливо. Судьям надлежит быть в совершенных летах, обладать сметливостью, быть рассудительными и осмотрительными, дабы по причине непонимания законов кому-нибудь не навредить. Коль скоро ни один ремесленник, не изучив в совершенстве все свое ремесло, не может быть мастером, насколько же больше знаний необходимо судьям в их деле, достойном Бога. Ибо творить суд надлежит Богу, Он – истинный судья, и судьи земные подобны Богу. Поэтому необходимо, чтобы они творили суд Божий беспристрастно, справедливо, дабы не прятать лица перед Богом.

Кому же следует предоставить право судейства? В Старом Завете были известны судьи, пророки, священники, избранные самим Богом, и избранные

ими старейшины, мудрые судьи. Бывает, что отправлять правосудие приходится царям и великим князьям. Пусть будет так и у нас. Если в какой-либо стране есть король(христианин или великий князь (христианин, пусть ведают светским судом, в их присутствии и по справедливости. А церковным судом пусть ведает епископ с советником из ученых монахов и двумя-тремя мудрецами из старейшин. А если в какой стране нет короля или великого князя, судебное дело следует поручить священнику, чтобы он ведал всеми судами. Пусть никто не возражает против этого, мол, среди епископов есть невежественные и избранные за счет денег. Я тоже это знаю. Но епископы облечены высоким саном и несут ответственность перед Богом за все души,

пусть же ответствуют и за эти суды. Как сказано выше, пусть отправляют правосудие с (16r/171r) вартабедами. Если же глава суда невежествен, пусть учится судебному делу у знатоков, заседающих с ним, дабы безропотно следовали справедливости.

Шестое, как следует вести себя в суде судьям, правому и неправому человеку.

Судье надлежит не быть мздоимцем, так как записано, что каким бы острым ни был глаз, взятка ослепляет. Ибо тот (истинный) судья, кто не ценит мзду выше справедливости, его слово ценится в суде, и он справедливо завершает судебное разбирательство, и кто слышит, одобряет. Как сказал Бог, не взирайте на лицо, но судите справедливо. Если же не будет справедливости, многие люди сознательно впадут в грех и будут из(за этого обращаться в суд иноплеменников. А если будет справедливость, судьи с гордостью смогут говорить по слову Божьему: «если я и сужу, то суд мой истинен»; пусть судья не ищет своей выгоды, а старается заслужить уважение всех людей. Хотя милосердие – превыше всего, суд следует вершить по справедливости, не годится лицеприятствовать господину, ни проявлять жалость к бедняку, как сказано: «Не проявляй милосердия к бедняку в суде». И пусть судья не выслушивает заявления лишь одной стороны, правой или неправой, пока оба они не предстанут лицом к лицу. И пусть проверит достоверность заявлений, а затем вынесет приговор, ради справедливости, по закону, при двух или трех свидетелях, ибо законом установлено, что при двух или трех свидетелях утвердится любое дело. А у кого нет свидетеля, пусть выносит приговор согласно присяге одной стороны, на кого выпадет.

Судья не должен судить один, но со многими, а если не получится, то с двумя или тремя хорошими и опытными людьми. Ибо как обратившимся в суд необходимы два или три свидетеля, так и судьям, ибо суд будет правым при свидетельстве надежных людей. Этот обычай раньше был у римлян, где 72 человека постоянно участвовали в слушаниях по всем делам. 72 человека определили затем, чтобы дела рассматривались как бы всеми людьми, ибо они представляли мудрость 72 народов. Но теперь установили 12 судей, по образцу 12 апостолов, не только потому, что суд приобретает истинность благодаря расследованию многими судьями, но и потому, что, воспринимаясь как истинный, благодаря свидетельствованию многих людей, суд внушает страх.

В Каганлыке (в Хазарском хаганате – Б.Т.) назначали трех судей, так же и в Варсудане (в Барсили, в стране барсилов – Б.Т), по примеру Каганлыка, – во

имя святой Троицы и по числу свидетелей [Христовых]. Мы также склонны к тому, чтобы у нас было три судьи, поскольку повсеместно трудно находить их в большем количестве. Также епископ как первый из судьей пусть держит при себе двух или трех мудрых людей и так вершит суд, но не для того, чтобы они были свидетелями ради правоты, но чтобы и сам епископ учился у них отправлять суд.

Судьи должны утром и вечером читать Старый и Новый Закон и Судебник и осмысливать написанное всеми народами и мудрыми людьми. Судьи должны

быть благовоспитанными людьми во всех отношениях, блюсти законы и, пуще всего, они никогда не должны гневаться и проявлять зависть, особенно во время суда, чтобы тяжущиеся не возмущались и не думали, что вледствие гнева или зависти принято неправильное решение. Судьи должны быть долготерпеливы и выдержанны, ибо часто бывает, что найти решение трудно и оно не является само собой. Но пусть проявляют терпение, назначают отсрочку, хорошо расследуют в другое время, повторно вызывая к себе, и затем выносят решение. Если же тяжущиеся затеют спор в суде, то пусть не позволяют им нападать друг на друга и строго наказывают, дабы не было беспорядка (18v/173v) на заседании и срыва суда. И тяжущиеся пускай знают, что в суд они пришли не спорить, а разобраться по справедливости. Пусть дают тяжущимся говорить по очереди, если один говорит, другой пусть только ждет, а потом пусть говорит другой, чтобы, выслушав их заявления, судьи определили, кто прав, кто виноват, и после этого вынесли судебное решение.

Также судья должен остерегаться своих их, дабы говорили в их пользу. Да не случится так, чтобы судья был введен в заблуждение их лукавыми словами и вынес неправильное решение. Суд, не поддающийся обману, принадлежит Богу, который зрит скрытое и явное, а земным людям случается ошибаться. Но пусть никто и никогда не укоряет того, кто ошибся невольно. Кто же извратит суд сознательно, сам будет виноват перед судьей небесным . И пусть не возгордится судья и не пренебрегает никем, но памятует, что единственный судья – Бог, на суд перед которым он должен предстать и cам.

Судье надлежит иметь тюрьму, куда он ввергал бы виновных, им в наказание, как говорит Христос в Евангелии, что судебный пристав ввергнет в тюрьму – до тех пор, пока не возместит долг.

Когда же между двумя людьми возникает спор и тяжба, сам Христос учит мириться (19v/174v) на пути в суд, дабы не случилось между ними чего противоположного. Слугам Христовым не подобает умышленно говорить ложь, ибо кто лжет, называется сыном дьявола. Как говорит Христос: «кто лжет, говорит от себя самого, ибо это ложь, и отец его дьявол» . И «Бог губит тех, которые говорят ложь», и «не обращайтесь друг к другу с ложью, но говорите истинно со всеми своими братьями в Боге». Не подобает христианам стремиться действовать против ближнего на суде при помощи словесных уловок, дабы победить, воспользовавшись его сбивчивыми высказываниями, ибо написано: «кто копает яму другому, упадет в нее сам». Христианам, верующим в Бога, не приличествует любить победу в суде неправдою, ибо, победив так, человек погубит свою душу, а если будет побежден – потерпит стыд.

Пусть никто не выставляет лживых свидетелей, желая неправдою похитить имущество ближнего, ибо ничтожен пред Богом лжец. Никто никогда не должен нанимать оратора в суде, дабы неправдой победить правду. Пусть никто не дает судье взяток и не похищает имущества ближнего из-за жадности, ибо от жадности идет все зло. Не подобает клясться на улице и среди людей, пока не прикажет судья в суде. Христос повелевает не клясться всуе, ибо «за все ненужные (20v/175v) и пустые слова люди должны дать ответ в день суда». Следует подумать и о том, что лучше в земном суде принять радостно хищение своего имущества – ради спасения собственной души, чем неправедно отобрать имущество у другого и затем держать ответ перед небесным Божьим судом.

И кто захочет обратиться в суд, тому прежде следует молитвенно просить Бога, чтобы, если будет на то воля Божья, и победит своею правотою, и, выиграв тяжбу, окажется с прибылью, он мог бы возблагодарить Бога, ибо Он дарует мудрость. Если же Бог, знающий сокровенное, отринет кого(нибудь по грехам его, так что неправый человек одолеет правду и присвоит его имущество, то пусть не сокрушается, но благодарит Бога, возложив на Бога свою надежду, что перед Богом он достигнет лучшего вознаграждения, и Богу же пусть предоставит отмщение.

Глава VII. О свидетелях, какова их достоверность, и почему их должно быть два или три.

Суд должен происходить при свидетелях, ибо при их помощи судья выносит решение в отношении многословной тяжбы тяжущихся. [О,] помнить бы им святой апостольский завет, гласящий: «не желай добра только себе, но и ближнему своему».

Посему судья не может поверить, пока не явятся свидетели; да и тяжущиеся, то есть участники спора, смиряются при верных свидетелях, и приговор видится справедливым. Достоверность свидетелей явствует из того, что это хорошие люди, они не пришли ввиду подкупа, не позволяют себе говорить ложь вместо правды; а если кто и связан родством и пришел свидетельствовать, но известно, что это правдивый человек, то свидетельство надо принять. То, что верных свидетелей должно быть два или три – подобно солнцу и луне, которые «на небесах суть достоверные свидетели Бога». Во-вторых, для достоверности свидетелей требуется, чтобы это были совершеннолетние или старые люди. Следует указать годы человека и значение каждого возраста: в 3 года ребенок начинает говорить, в 7 – обучаться письму, в 14 проявляется мужское начало, в 20 может служить при княжьем дворе, в 25 лет может стать священником. Мне представаляется, что свидетельство человека в возрасте 25 лет приемлемо. Раз уж перед Богом достоверно свидетельство 25-летнего священника за людей, то тем паче

должно считаться достоверным свидетельство 25-летнего мирянина в суде. Если же случится, что один из свидетелей совершеннолетний, а другой – юноша, его тоже можно допустить. А если двое из них отроки, а один стар или все трое – отроки, то такое свидетельство тоже допустимо. А вот свидетельство неверных в отношении христиан недопустимо, даже если

их много и показания их верны. Как Христос не принял свидетельства дьяволов, когда они называли Его Сыном Божьим. Недопустимо и свидетельство еретиков о христианах, ибо если они не истинны для христианства, то как они могут быть истинными в свидетельствах для нас? Но если дело касается еретиков, то друг о друге они могут свидетельствовать.

Свидетельство женщин тоже не должно допускать, но лишь выслушивать их слова. Как было при воскресении Христа: святые женщины увидели и сообщили радость апостолам, а апостолы установили истинность святого воскресения Христова. Если же случится, что очевидцами окажутся женщины, притом женщины добронравные, то поскольку для мужчин допустимо два или три свидетелея, порядочных женщин должно быть вдвое больше – четыре или шесть, но пусть не являются в суд, а дают показания у себя дома стольким же добропорядочным мужчинам, сколько их самих, и те пусть приходят и свидетельствовуют в суде. Ибо как не годится женщине быть ни священником, ни воином, ни давить виноград, ни сидеть в лавке, ни одеваться в мужское платье, так же не подобает им ни заседать в суде, ни свидетельствовать. И пусть против этого не возражают, что, мол, многие женщины пролили кровь и свидетельствовали о Христе, что многие женщины были мученицами, (23v/ 178v) стали угодны Богу и удостоились почета перед людьми. Потому что женская [натура не хранит тайн и свидетельство женщины недопустимо в принципе. Однако] допускается свидетельство женщин в отношении женщин, так и шести или четырех женщин в отношении мужчин, как мы написали выше. И пусть никто такое свидетельство не считает обременительным, ибо не только совершеннолетние мужчины были свидетелями за Христа, но и дети, как-то Вифлеемские мальчики, а также святой Стефан в юношеские годы и еще многие тому подобные.

Скажу также о том, почему свидетелей должно быть два или три. Два или три не исключает большего их числа, но указывает, что чем больше, тем лучше, но если не окажется двух или трех, то меньше быть не должно, ибо одному человеку легко оклеветать кого(нибудь, а двум(трем невозможно, ибо один захочет, а другой не захочет. Судья же должен хорошо следить за свидетелями, чтобы их показания согласовались друг с другом, чтобы несогласованности не было, как были согласны показания проливших свою кровь за Христа, тогда свидетельства двух или трех истинны. И если в этих писаниях мы находим, что многие объединялись во лжи и ложными свидетельствами помогали торжествовать злу, как в деле Навуфея в Старом Завете и святого Стефана в Новом, так эти дела состоялись благодаря подлости лживых свидетелей. Но люди не могут всегда поступать по-предательски. Двое же или трое – истинны, как заповедано Богом. Ибо о вручении законов Моисею Богом свидетельствуют Ор, Аарон и Иисус [Навин]. А о сошествии Господнем на гору Синай свидетельствуют трубный глас, тучи, тьма и огонь. А о рождестве Христа свидетельствуют ангелы, и три царя, и чабаны. О прибытии сорокадневного Христа в храм свидетельствуют Симеон, и пророчица Анна, и открытие ворот. О бегстве Христа в Египет свидетельствуют ангел и избиение идолов [=младенцев]. О крещении Христовом свидетельствуют Бог Отец, и Святой Дух, и святой Иоанн. На горе Табор свидетелями Его Божественности были два пророка и три апостола. О Христе свидетельствовали все знамения. О Христе на кресте свидетельствовали затмение солнца, и землетрясение, и раскалывание камней, и истечение из ребер Христа крови и воды, а также другие чудеса. О святом воскресении Христовом свидетельствовали ангелы, и открытый могильный камень, и саван, и апостолы, и святые жены, и стража. А о Его вознесении свидетельствовали ангелы, и апостолы, и прежде – пророки.

И хотя также истинно показание одного достоверного свидетеля, но оно не достаточно достоверно, как говорил Христос евреям: «Вы посылали к Иоанну, и он засвидетельствовал об истине, но вы не поверили. А Мое свидетельство больше Иоаннова, – те деяния, которые Отец Мой поручил Мне. И еще говорю: Я сам свидетельствую о себе, и свидетельствует обо Мне Отец Мой. Да и в законах ваших написано, что свидетельство двух лиц истинно». Если же одно лицо свидетельствует о самом себе, этого недостаточно. Как и евреи говорили Христу: «Ты сам о себе свидетельствуешь». Действительно, хотя свидетельство Его было истинно, но они говорили, что не истинно. Поэтому Христос призвал в свидетели Бога Отца, и святого Иоанна, и святых апостолов, говоря так: «Будете мне свидетелями в Иерусалиме, и в Самарии, и даже до края земли». Так и Петр, слышавший глас Господа Бога над Христосом на Таборе, свидетельствовуя, говорил: «Этот глас мы истинно слышали, будучи с Ним вместе на святой горе». Призвав также в свидетели пророков, он [Петр] говорил: «соблюдаем вернейшие высказывания пророков». Так и Иоанн Евангелист давал истинное свидетельство: «Несомненно трое посвоему свидетельствуют о Христе: Дух, и вода, и кровь». Отсюда и правило церковных канонов, чтобы в епископы без свидетелей не посвящать. И апостолы посылали своих учеников также со свидетельскими посланиями.

Существуют две разновидности свидетельств, к которым очевидцы не должны относиться небрежно, – к увиденному и услышанному, а надо сперва убедиться и лишь потом свидетельствовать. Так же и судья во время судебного разбирательства должен подробно распрашивать об истинном положении дела и выслушивать свидетелей, дабы в ходе суда не возникало никаких помех.

Глава VIII. Еще о присяге, о том, как присягу следует приносить.

О присяге мы говорим не повелевая, но устанавливаем для нее закон и правила, поскольку она стала зловредной привычкой.

Великое и страшное веление Божье в настоящее время мы видим попранным людьми, ибо слишком участилось обыкновение присягать всуе, хотя Гос(

подь наш Христос заповедал никогда не клясться вовсе, сегодня мы видим, что по ничтожным поводам и вовсе без нужды на улице, в ходе (27r/182r) споров и во время ссор клянутся весьма неприличными клятвами не только дети, но и старики, не только миряне, но зачастую и священники. Когда же между ними возникает тяжба, то не ждут, пока явятся в суд или пока судья велит принять присягу; споря на пути к судье, не переставая клянутся страшными клятвами, а когда появляются в суде и судья велит им присягнуть для подтверждения правоты, сразу же возражают, говоря, что мы не будем присягать ни за какие блага мира (выгоды жизни), и этими своими словами

хотят показать себя блюстителями закона. А если кто упрекнет их, почему же, мол, вы клялись до суда?– «Потому, что они не верят нам»,– и злословят в отношении закона Христова, почему, мол, он запрещает клясться? Они подобны слепцам, ибо видеть для слепца значит ощупывать. Им можно ответить, что Христос установил законы не недееспособные (невыполнимые), а дееспособные. Если бы они были недееспособны, то Он законов не устанавливал бы, ибо Он всем своим учением и [этим законом]

тоже хотел добиться того, чтобы мы были столь истинно верующими христианами, что вовсе не нуждались бы в клятве благодаря праведности и правильности нашего поведения. И если скажут; «Без клятвы обойтись нельзя»,– то это известно из того, что Бог клялся Аврааму через ангела (28r/ 183r) и сказал: «Мною клянусь». И Авраам велел рабу поклясться. И еще, Бог клялся Давиду истиною, и тому подобное. Апостол [Павел] также клялся, говоря: «клянусь вам с гордостью, братья». И короли клянутся для верности, и великие князья тоже, чем подтверждается, что клятва необходима, особенно в суде.

Итак, разъясняю клятву Богом.

Апостол [Павел] учит нас, говоря: «клятва в удостоверение оканчивает всякий спор людей», и на это Бог дает благословение, употребляя при этом две непреложных вещи – клятву [собственную от своего имени] и клятву [людей] Им самим [Богом]. Сказанное нужно понимать вот в каком смысле:

как у людей, особенно у царей, существует обычай клясться собой для того, дабы удостоверить абсолютную точность, так и Бог принял на себя нечто подобное, но не ради присяги, а для показа, что посредством клятвы люди могут утверждать нерушимость своих дел. Таков смысл выражения Бога, что «обещание Его лишено лжи». Далее, Бог принял человеческий порядок не для того, чтобы тем самым подчиниться нашему обычаю. Но, соблюдая наш обычай, Он научил нас добродетели. Также соответственно закону поступил Авраам, когда возложил клятву на раба своего. Равно и Бог во времена Ноя обязался положить лук свой (радугу) в небе, дабы засвидетельствовать: Я милостив к миру.

Теперь хочу сказать, как происходит присяга.

Существует два вида присяги: одна из них – при( знания, вторая – отречения от веры. Присяга отречения от веры – та, при которой кладут руку на крест или прикладывают к церкви и отрекаются от святой церкви; или говорят: «не будь [я] христианин, если это дело обстоит не так». Понимай так, что если кто принимает такую присягу, то отрекается от своей веры, тогда как христианину не подобает принимать на себя подобную присягу, если даже грозят смертью или хотят разрушить его дом. Присяга же признания та, когда кладут руку на крест, или на Евангелие, или прикладывают ее к церкви, зная, что Бог зрит сокровенное, и говорят: «Ведает Бог, и крест сей, и Евангелие, и святая церковь, что я говорю правду», – и говорит так: «[Поверьте] ради их чести и могущества, что я не лгу»,– такая присяга является присягой признания, ибо Бога называет зрящим сокровенное, Евангелие – словом

Христовым, а церковь – храмом Христовым. Раз уж кто хочет присягнуть, пусть принимает присягу признания, но никто никогда не должен принимать присягу отречения от веры. И говорю я это в назидание, а не повелеваю. Если оба тяжущихся христиане и в противоборстве требуют присяги отречения от веры, пусть судья изгонит их из присутствия и не дает этой присяги, пока не раскаются, и потом пусть назначит присягу признания. Судья не должен спешить с допущением к присяге; сперва судья должен постараться решить дело без присяги; а если довести дело до конца без присяги невозможно, тогда судья обязан предварительно разъяснить, как положено принимать присягу и сколь тяжела эпитимия вследствие присяги, и затем лишь назначить присягу. Не следует допускать к присяге по маловажным делам, ибо если даже будут давать все блага мира, и то не следует присягать. Если же будут возражать, что мы бедны и потому требуем присяги, то следует приказать возместить половину долга и не принимать присяги. Если же не может возместить половину и скажет, что я присягну (30v/185v) и буду терпеть эпитимию, то тогда греха на судье нет. Но если не будет десяти злотых, ни двадцати, ни еще больше, то тоже не следует спешить с присягой, ибо она – тяжела. Надо давать сторонам отсрочку и затягивать, авось, они раскаются и расплатятся.

Также скажу вам, кому надлежит назначать присягу.

Во всех армянских судах, у кого имеются свидетели, тому присяга не положена, а у кого свидетеля нет, тому присягать положено. Если кто приведет кого-нибудь в суд как должника или по другому поводу и ни он сам, ни привлеченный к суду не имеют свидетеля, то присяга не положена тому, кто привел, а положена тому, кого (31r/186r) привели, если он человек честный. Если же судья знает, что кто-то хочет принять ложную присягу или навязать присягу не по правде, то судья должен отказать, дабы неправды не было. А если кто пойман за кражу, или за прелюбодеяние, или за убийство человека, или за разбой, и это преступление не будет очевидным или нет улик, и у заявителя нет свидетелей, то присягу положено назначать преследуемой стороне, ибо [=хотя] подобные злодеи присягу ни во что не ставят. Если же обвиняемые в этих злодеяниях во всеуслышание заявят в суде и скажут, что мы в этом деле не замешаны, и это ложь, и что нас обвиняют зря, и что против нас нет никаких доказательств, то судьи, видя правдивость их слов, что против них нет ни прямых, ни косвенных доказательств, ни улик, пусть назначают им присягу и спасают от смерти.

Объясним также, кому положена присяга.

Как мы уже писали выше о свидетелях, кому надлежит свидетельствовать, так же напишем и здесь, что принимать присягу положено достигшим 25 лет. Ребенку присяга не положена как несовершеннолетнему. Не следует давать присягу старику, ибо он близок к смерти. Больного не допускать к присяге, ибо он при смерти. Не положена присяга и отбывающему эпитимию, дабы не нагромождать греха на грех. Также монахам и беременным женщинам принимать присягу не годится. Также не положено присягать ни мытарям, ни пьяницам, а также отъявленным грешникам, пока не отвратятся от своих грехов, ибо их присягу никто не примет всерьез. И всем тем, о которых мы сказали раньше, присягать не годится. А если у них есть отец, или брат, или сын, пусть присягают они. А если у женщины есть мать, или муж, или сестра, или родственник, пусть они присягают за них и освобождают от бремени, и такая присяга приемлема. Мы также пишем об иноках, и отшельниках, и священниках, что они не должны приходить в суд, дабы не присягать, но если возникнет судебное дело, то уместно, чтобы в суд являлись их братья (32v/187v) или близкие. А если присяга выпадет священнику, пусть ее принимает его близкий, ибо не приличествует священнику ниходить в светский суд, ни присягать. А если у священников есть свидетели из хороших людей, то судьи должны принимать их свидетельство, дабы не присягали близкие священника.

Далее вартабед Микаель пишет об эпитимии за присягу, ибо раньше, пока судебника никто не составлял, святые отцы устанавливали очень тяжелую эпитимию за присягу. А раз уж на то была воля Божья, чтобы мы составили этот Судебник, то облегчим и эпитимию за присягу. Если кому по крупному делу и многозначительному поводу суд назначит присягу и тот человек примет присягу признания, то пусть епископ, так как он вместе с тем и судья, определит ему эпитимию сроком на три года. Если же судить будет кто другой, то пусть принявший присягу пойдет к сведущему вардапету, чтобы тот определил ему эпитимию. Если же кто примет присягу признания ложно, то налагается эпитимия на семь лет, и пусть судьи и ученые рассудят, ради какого имущества он принял ложную присягу. И если имущество небольшое и незначительное, то пусть прикажут раздать его бедным. Если же кто примет присягу отречения, то, независимо от того, истинная она или ложная, эпитимия назначается до самого смертного дня, ибо здесь (33v/188v) не должно быть прощения. Но поскольку это в воле и в ведении вартабедов и дано им от Бога, пусть они действуют по своему усмотрению.

Глава IX. Далее вартабед пишет, что нам, христианам, не подобает обращаться в суд неверных, ибо они не верят в Отца и Сына и Святого Духа

Известно всем, как далеко отошли христиане от неверных, согласно слову апостола Павла: «что общего у света со тьмою?» или «какой общий удел у

христиан с неверными?» Есть еще много других высказываний, завещанных апостолом, благодаря которым мы узнаем, что очень во многом неверные далеки от христиан: иногда он называет их «чадами проклятия», иногда «чадами тьмы», так как слышал от Христа, завещавшего: «не верующий в Божьего Сына не увидит вечной жизни небесной, но гнев Божий пребудет на нем». И еще говорит (Христос): «если кто не родится от воды и Святого Духа, не сможет войти в рай». Иоанн Евангелист говорит тоже: «кто не верит в Иисуса Христа, пришедшего во плоти, тот заблудший (суевер) и антихрист». И пророки отпавших от истинной веры приравнивали к неверным и идолопоклонникам. Апостол также учит нас, что христианам не подобает обращаться в суд неверных (34v/ 189v), поскольку они вершат суд согласно своим собственным законам. Хотя изначально они заимствовали судебное право из (законов) Моисея, но теперь многое произвольно извратили и дела ведут своенравно, через лживых свидетелей, неправедных судей, при помощи лукавых адвокатов и безбоязненной присяги. Не стану говорить о других их пороках. И раз уж так далеки они от нас своими неверными законами и своими злодеяниями, то как можно найти в их судах правду, подобную той правде, которая есть в суде христиан, если даже Сына Божьего они не признают Богом? Мы же, армянское племя, веруем во Христа и благодаря нашей христианской вере отделены от евреев, от всех язычников, от вероотступников и еретиков. И нам положено руководствоваться истинным судом, поскольку мы исповедуем Отца и Сына и Святого Духа как единого Бога, единого в сущности, и в Божестве, и в царствии, и в могуществе, и в славе. И в Сына Бога верим как в истинного Бога, ставшего человеком истинным, пребывающим в нераздельном единстве с Отцом и Святым Духом во веки веков. И как хорошие христиане стараемся творить добро, а если порой и обольщаемся мирскими прегрешениями, так не кичимся, а исповедуемся и терпим покаяние, верим в отпущение грехов, и когда провинимся друг перед другом и гнев и ненависть возникнут у нас в сердце, то с любвью прощаем друг другу. И посему, подобно тому, как разделены мы от них нашей верою и нашей религией, так должны быть разделены от них и нашим судом, ибо суд наш должен быть истинным, правым и неподкупным, он не должен допускать ложных свидетелей и обманных ораторов, ни попирать души умерших, ни обездоливать души их несчастных наследников, лишая их кровного наследства. Все это благо так далеко от суда неверных. И поскольку суд неверных так далек от христианского, не подобает христианам ходить в их суд. Что касается тех, которые по глупости ходят, то они становятся причиной многих зол для нас и для нашего суда. И для тех, которые делают это, пренебрегая нашим судом и обращаясь в суд к ним (другим), исполнится реченное через Божьего пророка: «горе вам, ибо из(за вас бесчестится имя Мое среди неверных!» Посему не должно христианам ради лживого дела обращаться в суд иноплеменников, дабы одолеть правду. Но христиане должны идти в суд христиан, сознавая, что если в христианском суде им и случится неправда, то они получат вознаграждение от Бога.

Глава Х. Далее вартабед пишет о том, из каких писаний или у каких народов мы собрали и записали эти законы.

Демонстрируя нашу достоверность, мы обязаны указать, из каких писаний и у каких народов мы собрали эти законы, дабы известна была истина и никто не сомневался и не заблуждался, полагая, что мы сочинили их на основании собственных измышлений.

Во-первых, нам представлялось правильным заимствовать из Старого Закона, которому следовали патриархи, Авраам и другие, а после них и безбожники придерживались этого закона и вершили суд прелюбодеям, ворам и человекоубийцам.

Во-вторых, мы заимствовали у всех христиан как наших братьев. Какие только слышали и видели хорошие законы, мы их собрали и записали. Также из Библии, из Второзакония и других писаний, мы заимствовали те законы, которые представляют истинные законы Божьи, о которых Бог возвещает: «Вот закон, вера и свидетельство, которые Я вам завещаю».

В-третьих, мы заимствовали из книг канонов, поскольку там во многих местах я нашел сильные и ясные законы.

В-четвертых, мы заимствовали из всех книг Ветхого и Нового Заветов, ибо что собой представляют все писания, как не наставления и законы для духовного и светского судов.

Также следует знать, что Судебник, это не только то, что мы ныне пишем, и он не может быть завершен только нами, ибо он имеет сходство с канонами, которые были установлены не сразу, и не в одном месте, и не одним человеком, а писались понемногу, вначале апостолами, затем в Никее, потом в Византии, после этого в Эфесе, так и этот Судебник. Сперва начало ему было положено нами, и необходимо, чтобы после нас он понемногу дописывался и совершенствовался, ибо канонами предписано 3 раза в год созывать соборы, и святые отцы должны анализировать, какие новые явления возникли в жизни, рассматривать их все, удалять лишнее и вносить нужные исправления. Так следует поступать и с судебниками: мудрые люди должны рассматривать и анализировать все новейшие законы и те, которые окажутся правильными, вписывать в эту книгу. И если кто обратит внимание, то найдет, что и все священные писания постепенно совершенствовались таким же образом.

И как Моисей писал книгу Бытия не в одно и то же время, так и (книги) двенадцати пророков писались не в одно время и не одним человеком, так и все пророки. И святое Евангелие написано не сразу и не одним лицом, но каждый писал в свое время. Так же и послания Павла. Равно как и многие книги святых отцов и учителей писались каждая в свое время. По этому примеру и мы начали писать эту книгу. Если что(то уже написано раньше нас и если теперь многие напишут в другие времена, то это не является недостатком, лишь бы законы были правильными, нравились всем порядочным людям, а его недочеты (недостающее) восполнялись.

Литература

Гандзакеци Киракос. История. Прим. Т.И.Тер-. Григоряна. Баку, 1946.

Гаркавец A. H. Кыпчакское письменное наследие.Том I. Каталог и тексты памятников армянским письмом. Алматы. Дешт-и-Кыпчак. 2002.

Мелик-Оганджанян К. А., Историко- литературная концепция З. Буниятова. – “Вестник архивов Армении”, 1968, №2,

Орбели А. Избранные труды. М., 1968.

Advertisements
Bu yazı Dilçilik, Qafqaz Albaniyası, Tarix, Ədəbiyyat kateqoriyasında dərc edildi. Daimi bağlantını seçilmişlərinizə əlavə edin.

Bir cavab yazın

Sistemə daxil olmaq üçün məlumatlarınızı daxil edin və ya ikonlardan birinə tıklayın:

WordPress.com Loqosu

WordPress.com hesabınızdan istifadə edərək şərh edirsinz. Çıxış / Dəyişdir )

Twitter rəsmi

Twitter hesabınızdan istifadə edərək şərh edirsinz. Çıxış / Dəyişdir )

Facebook fotosu

Facebook hesabınızdan istifadə edərək şərh edirsinz. Çıxış / Dəyişdir )

Google+ foto

Google+ hesabınızdan istifadə edərək şərh edirsinz. Çıxış / Dəyişdir )

%s qoşulma